Мчась напролом полностью

В данный момент я похоронена под кучей одеял, потому что в моей квартире чертовски холодно, так что да, технически я не сплю, но не рада этому.

Парень в свитере:

Не утренний человек?

Я:

Я — человек середины дня. Я действительно сияю в два часа дня.

Дай угадаю. Ты встаешь раньше солнца.

Парень в свитере:

Всегда. Мир гораздо приятнее, пока все не проснулись.

Я:

Ты, наверное, уже готов к обеду, да?

Парень в свитере:

Не совсем. Я внизу, пью кофе. Решил накачать тебя кофеином, чтобы мы могли пробежаться.

Я:

Откуда, черт возьми, у тебя мой адрес?

И бегать? На улице два градуса.

Парень в свитере:

Идеальная погода для пробежки.

Я:

Ты, наверное, точно сумасшедший.

Парень в свитере:

По крайней мере, у меня есть кофе.

Я:

Кофеин я выпью, а вот бег — это вопрос спорный. Я в четвертом корпусе, квартира 623. Шестой этаж.

Парень в свитере:

До скорой встречи, любительница позднего подъема.

— Я все еще пытаюсь понять, откуда ты знаешь, где я живу. Книги о триллерах и подкасты о настоящих преступлениях говорят мне, что я скоро стану жертвой. Может, ты записываешь очередной роман о преследователях?

— Я следил за тобой на Strava. Все твои пробежки начинаются и заканчиваются здесь, так что вычислить это было довольно просто, — говорит Финн.

— Подожди. — Я хмурюсь. — Ты можешь видеть это в приложении?

— Мгм. Я не из тех, кто говорит, что делать, но тебе стоит обновить настройки конфиденциальности, чтобы скрыть первые четверть мили тренировки. Ты же не хочешь, чтобы за тобой следили или узнавали твои упражнения, а эта информация легко доступна. Я могу помочь тебе в этом, если хочешь.

В моей груди расцветает тепло.

— Ты сделаешь это?

— Я знаю, как мне повезло, что я мужчина-бегун. Я видел, с каким дерьмом приходится сталкиваться женщинам: с подзываниями. Домогательствами. Преследованием. Меня бесит, что нельзя бегать в наушниках, потому что нужно постоянно быть в курсе того, что тебя окружает. У меня нет такого страха, и я признаю, что это привилегия — бегать без необходимости беспокоиться. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, Марго, и хочу убедиться, что ты в безопасности.

Я бросаюсь к нему и обхватываю его за шею. Зарываюсь лицом в рубашку и вдыхаю запахи, которые ассоциируются у меня с Финном: мята, корица и нотки чего-то пряного.

Обнимаю его, боясь, что если отпущу, то проснусь от сна, в котором в моей жизни присутствует этот удивительно внимательный мужчина.

— Спасибо, — бормочу я ему в грудь. — И доброе утро.

— Доброе утро. — Он целует меня в макушку, и я медленно отстраняюсь от него. — Как тебе спалось прошлой ночью?

— Неплохо. — Я зеваю и жестом приглашаю его пройти дальше в мою квартиру. Не упоминаю, что спала не так хорошо, как в ту ночь, когда мы впервые встретились. Обычно я люблю свое пространство, как женщина, которая жаждет независимости и возможности делать то, что хочет и когда хочет, но мне нравилось находиться в его постели, когда он был рядом со мной. Было трудно снова устроиться поудобнее, и я обнаружила, что скучаю по нему посреди ночи. — Кстати, добро пожаловать в мою кроватку.

— Ты слишком молода, чтобы знать это шоу.

— Я старая душа, Финн.

— Мне нравится твоя квартира. — Он улыбается и осматривается. Его внимание привлекают фотографии, висящие на стене, и он трогает одну, на которой изображены мы с Катариной. — Что, черт возьми, здесь происходит?

— О боже. — Я зарываю лицо в ладони. — Я была пьяна на заднем сиденье такси после ужасного свидания с парнем, и Кэт сделала это селфи, когда я разразилась речью о том, что больше никогда не буду встречаться. Мне нравится, что я выгляжу счастливой.

— У тебя огромная улыбка. — Финн убирает мои руки от лица и с ухмылкой передает мне кофе. — Расскажи мне, почему свидание было таким ужасным.

— Он забрал меня из моей квартиры.

— Ух ты. Какой засранец. Ненавижу его.

— С его мамой.

— Ебаный ад. — Он смеется и делает глоток своего напитка. — Она тоже сопровождала тебя за столом?