У капитана милиции, сотрудника экспертно-криминалистического отдела УВД области, Лемешевой, вид был несколько сконфуженный.
Наши игры с загадкой доспехов, мракосами, тайной убийства Халина, после того, как в результате проведённой по личной инициативе Лемешевой, экспертизы катаны, в распоряжении официальной правоохранительной системы неожиданно оказалось орудие убийства по нераскрытому делу, перестали быть невинной забавой членов "кружка здорового образа жизни и любознательных уфологов".
Конечно, у начальства к своей сотруднице появилось много вопросов, в том числе и не очень приятных… Вероятно, Ане пришлось давать объяснения. Не рассказать обо мне она не могла.
Теперь, с момента приобщения катаны к вещдокам по делу, все факты и события, связанные с японским мечом, приобрели новый статус и пристальное внимание следственных органов.
Лемешева, несколько нервничая, обратилась ко мне
— Сергей Николаевич, наверное, вам лучше было бы сразу, после нападения на вас, написать заявление в милицию и приложить к нему катану. Но теперь уж ничего не поделаешь, как вышло, так вышло. Наша авантюрная затея с экспертизой неожиданно дала положительный результат, но, при этом принесла некоторые… м-м… проблемы. Пришлось писать рапорт и объяснять по инстанциям, откуда взялась эта экзотика и почему мне в голову пришла мысль отправить это древнее оружие самураев на экспертизу, увязав его с известным вам делом.
Какая тут связь и какие были основания? И у вас, и у меня. Вы теперь становитесь официальным свидетелем по делу. Хотя, вы им, в общем-то, и раньше были, но теперь значимость ваших показаний и, скажем так, внимание к вашей персоне, сильно возросли.
— Аня, я всё понимаю. И извиняюсь за проблемы, которые вам нечаянно доставил. Как законопослушный гражданин, готов днём и ночью сотрудничать со следствием, писать объяснительные, являться на допросы и делать всё, что в таких случаях положено.
Я изобразил гримасу искреннего раскаяния и повинно продолжил
— Конечно, надо было сразу сдать эту железяку в милицию и написать заявление, просто тогда получилось такое стечение обстоятельств не в мою пользу, что я решил лишний раз не "светиться" в этом деле. Подоплёку вы знаете. Да и с майором Петуховым у нас не сложились отношения. Так что, говорите, что надо делать, я всё сделаю.
— Я написала в рапорте всё, как было, так что придумывать по инциденту ничего не надо. Разве что, не стоит ничего рассказывать про инопланетян и меч Белогора. Из того, что вы открыли нам на встрече у Маршавина, ни Петухов, ни кто другой этого не поймут. Скажут — бредятина! И отправят вас на психиатрическую экспертизу. Оно вам нужно? Поэтому в своих объяснениях укажите, что вначале вы были в шоковом состоянии, испугались, не связали воедино факты нападения на вас и на вашего редактора. А потом, когда немного пришли в себя, задумались. И решили проявить гражданскую сознательность, бдительность, помочь следствию. Вы поняли?
— Так точно, товарищ капитан! — подчёркнуто покорно сказал я, — говорите, что писать и на чьё имя?
— Для моего начальства напишите заявление, что это вы попросили меня передать катану в экспертно-криминалистический отдел УВД области для проведения экспертизы на предмет причастности к делу об убийстве. О котором вы знали. Посчитали это своим гражданским долгом. Можете добавить, что вначале думали, что меч бутафорский, из магазина сувениров и не связали нападение на вас и эту катану с убийством Халина, но, позже, на всякий случай, решили проверить.
Аня дала мне листок бумаги и продиктовала на имя кого писать заявление.
Когда я всё написал, прочитала и облегчённо вздохнула
— Ну, вроде, нормально. Подпишите и поставьте дату.
— Сегодняшнее число указывать?
— Теперь, конечно, сегодняшнее — вздохнула Лемешева, — влипли мы с вами…
Я подписал заявление, поставил дату и спросил
— А теперь что? Ехать пред ясны очи Петухова?
— Он сам вас вызовет. Пришлёт повестку или явится лично. Хотя, если хотите, я могу ему позвонить, сказать, что вы сейчас у меня и можете к нему подъехать, если нужно.
— Звоните. Чего зря время тянуть, раз наша встреча неизбежна? Уж лучше с этой неприятной процедурой скорее покончить, а то у меня на работе тоже дел полно.
Петухов оказался на месте. Ему явно не терпелось поскорее вновь увидеть меня, особенно, в свете открывшихся обстоятельств. В его простой, как пьяная драка у пивного ларька, схеме преступления, мне была предназначена роль главного подозреваемого, а отнюдь не свидетеля. Ну и, конечно, тощему красноглазому следователю очень хотелось взять реванш за предыдущее фиаско и "додавить" изворотливого преступника до победного конца. Раскрыть "висяк" и получить моральное удовлетворение от процесса изобличения убийцы, нахально пытавшегося выглядеть добропорядочным гражданином.
Майору сильно мешало только то, что главный и единственный "фигурант" по делу, то есть, я, категорически не соглашался принять уготованное ему место на дыбе и старался очень изобретательно уйти от ответственности.
