Хенгист улыбнулся.
– Если вы попытаетесь на нас напасть, мы убьем этого мальчика. Мы запросто можем забрать его с собой. И ускакать отсюда. Вы нас не догоните.
Беобранд понимал, что Хенгист прав. По спине у него пробежали мурашки, и отнюдь не от холодного ветра, обдувающего намокшую от дождя одежду. Нужно было не допустить, чтобы эти двое забрали Кенреда.
– Ты пришел сюда, чтобы кого-то убить. Отпусти его и сразись со мной.
Глаза у Хенгиста сузились.
– А зачем мне это делать?
– Чтобы доказать, что ты можешь меня победить. Я одолел всех остальных, а вот ты ни разу не вступил со мной в схватку. Может, ты просто трус, а?
– Как только я его отпущу, все эти люди набросятся на нас. Ты думаешь, я глупец?
– Я даю тебе слово, что если ты одолеешь меня в поединке, они позволят тебе беспрепятственно отсюда уйти. – Беобранд повернулся к Альрику. – Поклянись всем, что для тебя свято, что твои люди позволят этому человеку уйти, если он меня одолеет.
Альрика, похоже, охватили серьезные сомнения. Он надолго заглянул в глаза Беобранду. Тот слегка кивнул ему.
– Ну хорошо, – наконец сказал Альрик. – Я клянусь телом Господа нашего Иисуса Христа, что ты сможешь уйти отсюда беспрепятственно, если одолеешь Беобранда в поединке. Но сначала ты должен отпустить мальчика.
Хенгист засомневался. Дренг переминался с ноги на ногу в грязи. Кенред переводил взгляд с Беобранда на Хенгиста и обратно.
Беобранд первым нарушил воцарившееся молчание:
– Значит, ты и в самом деле трус. Так боишься сразиться со мной? Даже не верится. Великий Хенгист боится юноши, которого учил сражаться.
– Отпусти его, – сказал Хенгист Дренгу, не сводя взгляда с Беобранда. В этом взгляде чувствовалась жажда убийства. А еще – безумие.
Беобранду неожиданно стало страшно. Он ведь видел, на что способен Хенгист. С этим опытным воином он не справится. У него в животе что-то сжалось.
Дренг оттолкнул Кенреда в сторону. Хенгист убрал нож и медленно вытащил меч из простеньких ножен.
Все взоры обратились на клинок меча, который Хенгист вытаскивал из ножен с торжественным видом. Он поднял его на несколько мгновений, а затем направил его острие в сторону Беобранда. Покрытый узорами клинок переливался, как кожа змеи. Или же как покрытая рябью поверхность воды. Это была красивая и ценная вещь. Это был благородный клинок.
– Где ты взял этот меч, Хенгист? И почему ты его раньше никогда не вынимал из ножен? – спросил Беобранд, готовясь к схватке, которая вот-вот должна была начаться.
Он почувствовал, как стоявшие за ним мужчины отступили назад, освобождая пространство для поединка. По лицу Хенгиста пробежала тень, что вызвало у Беобранда кое-какие догадки.
– Ты украл его? – спросил Беобранд.
Глаза Хенгиста расширились.
Затем Беобранд, словно бы поразмыслив и придя к определенному выводу, добавил:
– Украл, как трус. Ты ведь трус.
Стоящим вокруг него людям он казался спокойным и невозмутимым. В действительности же он сильно волновался. И испытывал страх.
Хенгист, заскрежетав зубами, сказал:
– Я не трус, Беобранд. Именно я когда-то спас Эдвина. Этот меч называется Хрунтинг, и волею вирда он попал ко мне. Я его не украл. Я свершил от имени богов правосудие над ними обоими.
Беобранд не понял смысла слов Хенгиста, но ему было ясно, что он чем-то задел своего врага за живое и разозлил его. Ему нужно было добиться хоть каких-то преимуществ, а потому он продолжил:
– Твои слова – бессмыслица, Хенгист. Может, ты одержимый? Ты что-то сказал о правосудии. Да что ты знаешь о правосудии?
– Я знаю, что за предательство следует расплачиваться жизнью. Вот почему я убил Эльду. – Изо рта у Хенгиста брызнула слюна. Он, похоже, разъярялся все больше. – И вот почему я убил Окту!
Затем Хенгист без предупреждения бросился на Беобранда.
Несмотря на то, что Беобранд был готов к внезапному нападению, оно его испугало. Он вскинул щит, чтобы отбить длинный колющий удар Хенгиста, но металл не коснулся обтянутой кожей древесины щита. Хенгист – проворный, ловкий и легко удерживающий равновесие даже даже на скользкой грязи – отскочил в сторону. При этом он молниеносно провел кончик клинка за щит Беобранда и резанул его по руке. Беобранд отпрянул, едва устояв на ногах и чувствуя себя очень неуклюжим. Его руку пронзила острая боль, а внутри рукава потекла теплая кровь.
Голова у него пошла кругом. Хенгист и в самом деле убил Окту или же он этим заявлением просто пытается помешать ему, Беобранду, сосредоточиться на поединке? Этого Беобранд допустить не мог. Он отогнал от себя все лишние мысли. Ему обязательно нужно сосредоточиться и пустить в ход все то, чему он научился. Только в этом случае у него могут появиться шансы выстоять в схватке. Он встал поустойчивее в одну из тех позиций, которым его научил Хенгист.
Хенгист рассмеялся.
– Ну-ну, давай, Беобранд! Покажи нам, что ты умеешь.
Они стали ходить по кругу, глядя друг на друга. Беобранд держался напряженно и настороженно, а Хенгист – расслабленно и как бы беспечно: он отвел руку со щитом в сторону, а мечом выписывал в воздухе какие-то сложные узоры. Зрители стояли молча. Кенред затаил дыхание.
