Пэксон растерялся. Он потерял связь с частями на другом конце Урдха. Но он и так видел, что попытка выбить врага за стену провалилась. А потом пришло страшное сообщение о том, что толпа подожгла зернохранилища.
Взбешенные тем, что им ничего не дают, смутьяны начали бросать в окна складов горящие факелы. Пыль внутри вспыхнула, несколько зернохранилищ взорвалось.
Пламя пожирало все остававшееся зерно.
Измученный кадейнец принес известие, что кавалерии лишь с огромным трудом удается сдерживать сипхистов, атакующих с тыла Восточные ворота. Врагов слишком умного, и у них есть глиняные великаны, с которыми люди вообще ничего не могут поделать. Остановить их могли только драконы, а драконы уже устали.
Прискакавший связной сообщил, что враг прорвался в район Норит, угрожая расколоть защиту северян.
Пэксон схватился за голову. Все пропало. Им не сдержать сипхистов. Еще немного, и аргонатцы уже не смогут покинуть крепостных стен. И тогда действительно конец. — Отступаем, — приказал генерал. — Немедленно отступаем в Императорский Город. Это наш последний шанс.
Приказ об отступлении пришел в Стодевятый драконий во время краткой передышки. Драконы загнали глиняных людей обратно в башню, и один отважный инженер погиб, поджигая мост. Мирмидоны замерли в нерешительности. Они явно не торопились ступать в пламя.
И тут пришел приказ. Что значит «отступить»? Куда? Отойти и оставить врагу городские стены? Но трубы звали, и дисциплина взяла верх. Уничтожая за собой ступени, воины быстро спустились со стены. А внизу отступление уже шло полным ходом. По Фетенской улице, мимо коптящих зернохранилищ, сквозь дым и пепел Стодевятый драконий влился в общий поток.
Протолкавшись сквозь ряды Восьмого полка, Релкин добрался до повозок полкового обоза. Здесь он нашел и тот фургон, в котором оставил Миренсву.
Теперь в нем было полным-полно раненых. Сама же девушка сидела на облучке с поводьями в руках. Увидев юношу, она даже присвистнула.
— Ты? Клянусь дыханием богини, мне следовало бы этого ожидать. Я могла за тебя не волноваться. Кто-кто, а ты выживешь.
— Ну, в моей помощи ты, похоже, не нуждаешься.
— Разумеется, не нуждаюсь. — Девушка натянула поводья. — Имей в виду, я не правила фургоном с тех пор, как жила с отцом в нашей летней усадьбе.
Релкин мог только восхищенно качать головой. Эта девушка явно знала, что делает.
— Но что случилось? — спросила она.
— Не знаю. Говорят, что враг прорвался возле Восточных ворот. А мы как раз загнали их обратно в башню. Какой-то сумасшедший дом, да и только.
— А теперь мы все едем в Императорский Город и вскоре помрем там с голоду.
— Я же говорил тебе, скоро нам на помощь приплывут корабли из Кунфшона.
— Я поверю, только когда увижу их собственными глазами.
— Они скоро будут здесь. И они привезут не только еду, но и целый новый легион. Тогда мы сможем держаться здесь хоть до конца света.
— Тебе виднее, — пожала плечами Миренсва. — Ты говорил, что в повозке я буду в безопасности.
— Я не думал, что нам придется оставить стены.
— Что ж, будем надеяться, что с кораблями ты не ошибся.
Релкин попытался ее поцеловать, но девушка отвернулась. Тогда, соскочив с повозки, Релкин отправился проведать своих драконов.
Мрачные и недовольные драконы маршировали вслед За легионерами. Они всегда не любили ходить в доспе-хах — потертостей и ран было не миновать. Но сейчас выбора не оставалось. Времени снимать броню просто не было.
Впереди отступающего легиона ехала Кадейнская кавалерия, очищая дорогу от горожан. По флангам двигались Кенорские лучники. Сзади арьергардом отступал отряд легионеров Восьмого полка. Он не давал сипхистам наступать аргонатцам на пятки.
Шагая рядом со своими подопечными, Релкин чувствовал себя отстраненным от всего творящегося вокруг. Город пал. Склады сгорели. Возможно ли, что здесь, в Урдхе, северяне потерпят поражение? Релкин повидал уже много битв, больших и малых, но никогда он еще не сталкивался с подобным разгромом. Может, Миренсва и права. Может, действительно они обессилеют от голода до такой степени, что враг сможет взять их голыми руками.
Он пожал плечами. Смерть была привычной спутницей легионера, а что касается его самого, так Релкин бывал в переделках и покруче. Заставив себя вернуться к реальности, он поближе подошел к своим драконам и на ходу принялся внимательно осматривать их снаряжение.
Шлем Пурпурно-Зеленого снова был помят. Хвостовой меч Базила покрывали глубокие зазубрины. Да, работы для кузнецов у него всегда хватает.
