Я поразился его тупости. Ваормунд один стоил целой армии: разрушитель, убийца, человек, способный сплотить «стену щитов» и переменить ход истории своим мечом. Так почему он оказался здесь?
– Как вы узнали о приближении войска восточных англов? – поинтересовался я. – Того самого, которое отправился останавливать Мереваль.
– Лорд, новости пришли из Верламесестера, – глухо отозвался Бедвин. – Они гласили, что армия Восточной Англии готовится к походу вглубь Мерсии.
В этом имелся определенный смысл. Этельстан будет ждать нападения с юга, охранять переправы через Темез, а появившееся у него за спиной войско в лучшем случае отвлечет его силы, а в худшем – обречет на поражение. Все это казалось вполне вероятным, но чутье зудело, подсказывая: это ложь. Потом внезапно, как если бы утренний туман рассеялся и проступили очертания кустов и деревьев, весь план обрисовался передо мной.
– Вы высылали дозоры на восток?
– На восток? – переспросил сбитый с толку Бедвин.
– К Селмересбургу?
Селмересбург – городок на северо-востоке, крепость на одной из главных римских дорог, ведущих из сердца Восточной Англии к Лундену.
Бедвин пожал плечами:
– У меня людей в городе и без того мало осталось, чтобы еще отсылать их прочь.
– Нам следовало выслать дозоры, – тихо заметил Ода.
– Попам не след лезть в такие дела, – огрызнулся Бедвин, и я понял, что между этими двумя нет согласия.
– Всегда разумно прислушаться к дану, когда речь заходит о войне, – язвительно сказал я.
Ода улыбнулся, я нет.
– Отряди дозор поутру, – приказал я Бедвину. – На заре! Сильный дозор. Человек пятьдесят самое малое. И на самых быстрых конях.
Бедвин замялся. Ему не нравилось получать от меня приказы, но я был лорд, олдермен и прославленный воин. Даже так он упирался и подбирал слова, чтобы возразить мне. Но так и не успел ничего сказать.
Потому что в ночи пропел рог. Он пел снова и снова, это был отчаянный, срочный призыв. А потом он оборвался.
Звякнул церковный колокол. И еще один. Я понял, что мои приказы запоздали: ловушка Этельхельма уже сработала.
Ибо Ваормунд наверняка прятался тут с одной-единственной целью: открыть ворота посреди ночи. И кто-то уже перебил охрану, распахнул ворота, и это означало, что подвластная Этельхельму армия восточных англов вовсе не под Верламесестером. Она вливается в Лунден.
Тут послышались крики.
Я выругался. Как будто от этого был прок.
Бедвин стоял разинув рот, вид у остальных в комнате был таким же растерянным; каждый ждал, когда кто-то другой примет решение.
– Сюда! – рявкнул я своим людям и ухватил Бенедетту за рукав платья. – Идем!
В тот миг я, разумеется, не знал, что происходит, но настойчивый зов рога и перезвон колоколов говорили о нападении. Такой же переполох мог произвести пожар, но когда мы выбежали из дворца, то зарева в небе не заметили. Караульные застыли как столбы, глядя на восток.
– Господин, что нам делать? – спросил один из них.
– Заходите во дворец и присоединитесь к Бедвину! – велел я им.
Последнее, чего мне хотелось, – это чтобы перетрусившие и плохо обученные вояки хвостом таскались за мной. Колокола предупреждали, что этой ночью в городе будет резня, и мне требовалось попасть на «Сперхафок». Я повел отряд вниз по холму, но не успели мы проделать и половины пути до реки, как из прилегающей улицы выскочили всадники, на остриях копий который играл свет факелов. Я держал Бенедетту за руку, и она испуганно взвизгнула, когда я резко потянул ее направо, нырнув в переулок. Лучше было бы свернуть налево, на восток к «Сперхафоку», но удобного поворота поблизости не оказалось.
В переулке я остановился и снова выругался, но и в этот раз совершенно без толку.
– Кто это? – спросил Беорнот.
– Враги, – ответил вместо меня Видарр Лейфсон.
– Судя по всему, нагрянули с востока, – хладнокровно заметил Финан.
– Я советовал этому идиоту выслать разведчиков, – раздался голос. – Но он отказался! Заявил, что у него мало людей. Зато теперь их совсем не останется.
Было темно, и я не мог разглядеть говорившего, однако датский акцент его выдал. Отец Ода.
– Что ты тут делаешь? – строго спросил я.
– Пытаюсь спастись, – последовал спокойный ответ. – И полагаю, лорд, что скорее найду защиту у тебя, чем у этого дурака Бедвина.
На миг я едва не поддался искушению приказать ему возвращаться во дворец, но передумал. Один человек не обременит нас, даже если это христианский поп и без оружия.
– Сюда!
Мы продолжали спускаться к реке задними дворами и переулками. Топот лошадиных копыт поутих, но до меня донесся крик, потом звон оружия. Мы не сбавляли хода.
