– Возможно, второй корабль доставит через пару дней еще.
– Не исключено, – буркнул я.
Я поглядел за пустой причал и увидел, что четверо караульных смотрят на нас с высокого парапета моста, находящегося на расстоянии дальнего выстрела из лука от нас. Я помахал им, и после недолгого замешательства один из них помахал в ответ. Сомнительно было, что они слышали, как мы захватывали усадьбу. Хотя до них наверняка донеслись истошные крики Гуннальда, но едва ли звуки из дома работорговца могли вызвать у них подозрение.
– Так что будем делать? – осведомился Финан.
– Думать, – отрезал я, хотя на самом деле даже понятия не имел, что нам предпринять.
Мелькнула мысль, что мой отец оказался прав. Я действовал под влиянием порыва. Позволил раззадорить себя нападениями на мои корабли и под предлогом клятвы Этельстану отправился на юг убивать Этельхельма. И вот теперь «Сперхафок» ушел, а я оказался в ловушке в захваченном врагом городе.
– Подождем второй корабль, например, – предложил я. – Жаль только, что Гуннальд уже не скажет, где он.
– Можем спросить у его людей, они наверняка знают.
На пристань вышла Бенедетта; капюшон ее по-прежнему был откинут, так что длинные, пришедшие в беспорядок черные волосы блестели на солнце. Она казалась валькирией, одной из этих посланниц богов, что проводят воинов на пир в Валгалле. Лицо серьезное, серое платье заляпано кровью, а Осиное Жало до рукоятки окрасилось в багровый цвет. Я бросил быстрый взгляд на парапет моста, пытаясь понять, заметили ли караульные окровавленный клинок, но те стояли к нам спиной.
– Я его вымою, лорд, – сказала Бенедетта, показывая на меч.
– Отдай одному из мальчишек ополоснуть, – возразил я. – И скажи Алдвину, пусть очистит.
– И спасибо тебе.
Я заглянул в ее серо-зеленые глаза:
– Отец Ода утверждает, что я побудил тебя совершить грех.
– Именно за это я тебе и благодарна.
– Ты заставила ублюдка помучиться? – спросил Финан.
– Его вопли даже в аду слышно было, – отозвалась она.
– Ну, значит, ты все сделала правильно, – с одобрением проговорил ирландец.
– Я сделала то, о чем мечтала двадцать с лишним лет. Я счастлива. – Она повернулась к развалине. – Это и есть корабль?
– Нет, – ответил я.
– Вот и хорошо, – заявила она с такой серьезностью, что мы с Финаном расхохотались.
– Это не смешно, – заметил Финан.
– Ни капельки, – согласился я, продолжая покатываться от хохота.
Тут кто-то замолотил во внешние ворота. Мгновением спустя прибежал Алдвин:
– Господин! Господин! Снаружи воины! Воины!
– Помоги нам Бог, – промолвил Финан.
Без помощи свыше нам было не обойтись.
Стук возобновился. Я промчался через дом и двор и открыл окошечко в воротах. Всего двое солдат, оба в кольчугах, оба с написанной на лицах скукой, и с ними еще двое, очевидно слуги с ручной тележкой, на которой лежали два бочонка.
– Уже открываю! – крикнул я.
– Да ты не спешил! – кисло отозвался один из воинов.
Рядом встали Финан и Видарр. А недалеко на камнях валялись два трупа и две убитые собаки. Я указал на них, потом на конюшню. Финан подхватил одного покойника, Видарр другого, и они потащили их с глаз долой.
– Пошевеливайся там! – раздался возглас из-за ворот.
– Да шевелюсь я! – ответил я, откинув первый засов.
Потом с шумом бросил брус и увидел, что Видарр тащит в конюшню собак. Я поднял другой брус, потянул время до тех пор, пока Финан не запер конюшню, потом открыл ворота.
Один из тех двоих, кого я определил как слуг, отступил на шаг, явно удивленный моим появлением.
– Кто ты такой? – спросил он.
– А ты кто такой? – резко парировал я.
– Я помощник управляющего из дворца, – нервно ответил слуга. – Доставляю припасы, ясное дело. А где Эльфрин?
– Захворал, – выпалил я, сообразив вдруг, что у меня на самом виду висит амулет в виде молота.
Мой собеседник тоже его заметил и настороженно посмотрел мне в глаза:
– Захворал?
– Лихорадка.
– Бо́льшая часть парней исходит на пот, как свиньи, – подыграл Финан. – И рабов тоже. Пара уже протянула ноги.
Помощник управляющего сделал еще шаг назад, как и двое солдат. Эти облаченные в кольчуги ребята выглядели сильными и уверенными в себе, но даже самые уверенные воины, пережившие ад «стены щитов», опасаются чумы. Финан тоже ее боялся и, явно припомнив слухи о моровом поветрии на севере, осенил себя крестом.
– Вас лорд Варин послал? – спросил я.
– Ясное дело, – отозвался помощник управляющего. – В последние две недели мы никого послать не могли – люди Мальчика-Красавчика заправляли в городе, но теперь дела снова пришли в норму.
– Бога ради, поторопись, – проворчал один из воинов.
– Так это Гуннальд вас нанял? – поинтересовался у меня помощник управляющего.
Я махнул в сторону дома:
– Иди и спроси у него.
– У него, правда, тоже горячка, – добавил Финан. – Сохрани его, Господи.
– Четыре шиллинга. – Посланец из дворца явно заскучал. Он кивнул на тележку. – Просто заплати и забирай бочонки.
– А мне казалось, что должно быть только два? – вмешался Финан. – Гуннальд толковал про два шиллинга.
Один из солдат подошел ближе.
