— Г455 быстро за борт, возьми мезонный прерыватель и разрежь нити. П200, уничтожь пленного при попытке его захвата.
Тут и случилась попытка захвата — легка на помине. Тарелку тряхнуло, посыпались сверху куски обшивки и в отсек через дыры в подволоке метнулись черные тени. При том даже разгерметизации не произошло. Видно над местом прорыва был развернут купол. Бравый П200 собрался было уничтожить меня, но я успел пихнуть его ногой в живот, а затем от него вообще мокрое место осталось — из-за сквизерного выстрела.
Мономолекулярная нить прочно обвилась вокруг моих рук и ног, крепкие руки сунули меня в непрозрачный мешок и стали перемещать. Судя по тому, как он раздулся, и по легкой дурноте, я понял, что нахожусь в открытом космосе. Вскоре мешок снова сдулся, значит я оказался в помещении с нормальным атмосферным давлением. Упаковку с меня сдернули, я успел заметить только металлические переборки и какие-то свирепые рожи, как сверху посыпалась некая труха, которая моментально облепила мое безропотное тело. Кто-то приказал “не дышать”, я благоразумно послушался, а вся труха мигом слиплась и затвердела, превратившись в брикет. Я был накрепко запечатан, однако, сквозь поры каменюки, в которую замуровали мой организм, воздух все-таки проникал и спасал меня от удушья. Итак, я продолжил путешествие в виде окаменелости.
Судя по сообщению Анимы, это длилось несколько часов. По ходу дела была даже проявлена забота о мне, какой-то сердобольный гражданин пробурил камень и через трубку подал в голодный рот теплую протеиновую гущу. Мочиться же пришлось под себя, хорошо хоть другие надобности не возникали. А случись вдруг эрекция, точно бы хрен сломал, поэтому я изо всех сил отгонял воспоминания сексуального толка, который так и лезли назло. Облегчение приносила только одна светлая мысль, что обо мне беспокоятся, что меня скрытно провозят в качества образца грунта — дабы я не достался врагу. И, видимо, скрытность эта вызвана резким противостоянием двух служб Технокома.
По инерционным нагрузкам я догадался о том, что мы приземлились на планету типа Марса, что мой брикет извлекают из трюма, перегружают, протягивают по транспортеру, везут в “клопе” или гермокаре, поднимают на лифте. Наконец камень был где-то установлен стоячком. Потом к нему приложили вибрационную “подушку”, стало щекотно, хоть хохочи, хоть плачь, и тут он рассыпался довольно крупными кусками.
И — вуаля. Я находился в кабинете какого-то крупного начальника. Я бы даже сказал, сверхкрупного. Кабинет размером аж с футбольное поле. В углу смонтирован водопад из жидкого радужного стекла, удерживаемого силовым полем, под потолком порхают и летают киберптицы больших размеров, там же водят хоровод хлопья гелиевой ваты, изображающие кучевые облака. В каждом углу стоит по роботу из квазиживых полимеров — каждый из этих стражей облачен в историческое одеяние: египетского воина, греческого гоплита, персидского “бессмертного”, римского легионера. Стоят и даже моргают иногда, грудная клетка имитирует дыхание.
Неподалеку от меня возился с мутантом-минислоником молодой коллега, судя по всему — техник. А начальник в кабинете пока отсутствовал, если конечно исключить версию, что он является невидимкой.
— Скажи-ка, пацан, а где тут нужник?— поинтересовался я у молодого коллеги по насущной теме.
— Пошли, покажу,— парень довел меня до какой-то стены, которая мимикрировала под заросли высокого камыша. Тот подался в стороны, и за ним обнаружился унитаз красоты необыкновенной, парящий в гравитационном поле. Потолок и стены создавали голографическую иллюзию побережья Нила времен фараонов — мимо проплывала барка Хеопса с полуголенькими девушками в виде гребцов. Ну, а я в этом шикарном санузле еще помылся мыльным пузырем, почистился мочалкой-грязеедкой, даже простирнул и мигом высушил в вакуумном шкафчике свой комбез.
Когда вышел наружу, на “футбольное поле”, то снова не обнаружил начальника кабинета, имелся только прежний пацан-техник, который менял мозговой кристалл у одного из киберкотов.
— Ты вижу — наш человек, технарь.— дружелюбно заметил я.
— Угу.— отозвался занятый парень.
— Подмастерье?
— Чуть повыше.
— Тебе повезло, слава карьерной машине. Она, сука такая, меня вообще замечать не хочет… А что, хозяин этого кабинета — крупный шишкарь?
— Да вроде.— спокойно отозвался собеседник.
— Из Технокома, надо полагать. А ты из какой службы, парень?
— Не из какой.
— Значит, из центрального аппарата. Бедолага. В таком кабинете пукнешь и еще три раза эхо услышишь… Ну и кто по должности этот шишкарь?
— Начальник Технокома.
Ексель-моксель, вот те на. Человек, имеющий тысячный ранг, а фактически уже не человек, полубог, генеральный уполномоченный касты “вайшья” (техно), член Совета Генеральных Уполномоченных, второй заместитель его главы. Почто же я ему понадобился?
— Ну и где он?— справившись с волнением выдавил я.
— Вот он.— парень ткнул пальцем в самого себя.
Если это — розыгрыш, то парню бы следовало врезать по сопелкам, а если нет? Белый свет малехо помутился.
— Ты?! Вы?!
— Я. Марк-27. А что такого?
