== С тех пор, как ты разгромил войско Гуиля, скоттские банды вернулись к своим привычным набегам; уже в конце прошлого лета они гнали невольников вдоль побережья. Ты оказал мне плохую услугу, милорд Артос, и если я помогу тебе, как ты настаиваешь, людьми и оружием, у меня просто останется меньше сил для защиты своего собственного побережья.
== Значит, ты предпочел бы, чтобы через твои земли пронеслось все варварское войско? == спросил я. == Это еще может случиться, князь Маглаун, если мне будет недоставать людей и оружия и провианта для них.
== Это еще только может быть, == отозвался он, == а вот набеги скоттов == это уж наверняка.
И как бы я ни настаивал, шагая, и разворачиваясь, и снова шагая под маленькими, согнутыми ветром яблонями, мне, по-видимому, так и не удалось его переубедить.
День казался сначала похожим на все остальные, если не считать того, что большинство мужчин отправились сгонять скот для ритуала, который должен был состояться этой ночью; но когда начало смеркаться, произошла перемена == та самая перемена, которая происходит в каждом замке, и лагере, и деревне, когда начинает смеркаться в канун Середины Лета. И когда мы с Маглауном, так ни до чего и не договорившись, пришли на ужин, замок, укрытый за своими надежными торфяными стенами, гудел, как слегка потревоженный барабан. Мужчины и женщины в княжеском зале, как и в каждом простом доме, поглощали ужин быстро и молчаливо, словно их мысли блуждали где-то в другом месте. А когда с едой было покончено, женщины потушили огонь в каждом очаге и каждый факел, так что весь замок затаил дыхание в полной ожидания темноте; и в темноте они вышли: мужчины и женщины, дети и собаки, каждое живое существо в замке, чьи ноги не отказывались его нести, == тоненьким поначалу ручейком, который по пути вбирал в себя людей из каждого дома, мимо которого он проходил, == через ворота в мощной торфяной стене и к заросшим вереском холмам, поднимающимся в миле или около того от нас в противоположной от моря стороне.
Мы с Флавианом и остальными присоединились следом за Маглауном и его дружинниками к темной, молчаливой, расходящейся рябью реке движущихся теней и пошли рядом с ними, сами не более чем тени в сгущающихся летних сумерках.
Это был вечер теплых, перешептывающихся ветерков, и даже тьма, покрывающая землю, казалась не более чем тонким слоем прозрачной тени, накинутой поверх дня, а небо было громадным зеленым хрустальным колоколом, который на севере все еще полыхал отраженным светом. Но когда мы поднялись выше, ночь стала менее ясной, и нас начали обволакивать едва заметные призрачные струйки тумана; холодный запах моря казался здесь более сильным, чем внизу, а земля стала более старым и более странным местом == местом, которого коснулась та же самая темная мощь, что я почувствовал в Меланудралиле. Мы подошли туда, где вереск поднимался небольшим пригорком, увенчанным кругом из стоячих камней; я насчитал девять высоких каменных столбов, которые, с утопающими в вереске ногами и едва заметными туманными венками вокруг головы, казалось, остановились и застыли, прекратив какое-то свое, таинственное движение, всего лишь в тот миг, когда их коснулись наши взгляды.
Ниже круга камней, на ровном участке земли, где вереск расступался, образуя темную площадку для танцев, возвышалась огромная груда дров и хвороста, ожидая в темноте == как ждал этого замок == возрождения Первобытного Костра, Костра Жизни.
Так это было и на холмах Арфона в дни моего детства, и когда толпа расступилась, образовав большой, застывший в ожидании круг, и из ее середины вышли девять молодых воинов, которые должны были вращать крестовину, я физически вспомнил дрожь тетивы под своими ладонями, и мир моего отца потерял для меня всякое значение, и мир моей матери предъявил на меня свои права.
