В скором времени я снова стоял в маленькой, побеленной известью келье с костяным распятием на стене. В комнате было темно от осенних сумерек и пусто. Но почти сразу же легкий шорох заставил меня рывком повернуться к двери, и я увидел мать-аббатису.
== Здесь дом молитвы и созерцания. Это ты устроил такой переполох перед нашей дверью?
== Со мной войско, и люди Эбуракума рады видеть нас снова... Я пришел за своей женой, святая мать.
== А не лучше ли было сначала подняться в форт, а потом, когда приветственные крики утихнут, прийти за ней более спокойным образом?
== Гораздо лучше. Именно это я и собирался сделать, но когда мы свернули на Улицу Суконщиков и я увидел перед собой стену монастыря, я... передумал.
Она отошла в сторону от маленькой, глубоко утопленной в стене двери.
== Что ж, тогда иди и забери ее как можно скорее; я думаю, ты найдешь ее в маленьком садике, где мы выращиваем травы; она ждет тебя. И..., == в ее сухом, низком голосе снова замерцала улыбка, == я надеюсь, она даст тебе о нас достаточно хороший отчет, чтобы спасти крышу обители от вторичного знакомства с огнем, == она подошла к столу и взяла с него маленький бронзовый колокольчик. Сестра Гонория покажет тебе дорогу.
В ответ на зов колокольчика появилась монахиня == незнакомая на этот раз, с мягкими тревожными глазами и пышными боками созревшей для быка коровы == и мать-аббатиса сказала ей:
== Отведи милорда Арториуса в гербариум и пошли кого-нибудь передать Бланид, чтобы она принесла вещи своей хозяйки. Леди Гэнхумара покидает нас.
Она повернулась ко мне в последний раз.
== Мне сказали, что ты все лето охотился за саксами, загоняя их обратно в море. За это мы будем благодарить тебя и молиться за тебя вместе со всей Британией == и я думаю, что молитвы тебе понадобятся больше, чем благодарность. Не приводи Гэнхумару прощаться со мной: сестра Анчерет, наша инфирмария, сама заболела, и я очень занята, ухаживая вместо нее за несчастными больными, которые приходят к нам утром и вечером. Я уже благословила Гэнхумару.
Я поблагодарил ее и последовал за широкой черной спиной, которая неспешно проплыла вдоль вымощенного каменными плитками коридора, пересекла голый зал, в котором стояли лавки и столы на козлах, и вывела меня в узкий наружный дворик с колодцем посредине. Какая-то молоденькая монашка доставала из колодца воду, но не подняла взгляда, когда мы проходили мимо. Наверно, это был бы грех. С дальнего конца двор огораживала высокая, изогнутая, осыпающаяся стена, которая выглядела так, словно в старину могла быть частью внешней стены какого-нибудь театра; и в ней открывался сводчатый проем. Толстая монахиня высвободила одну руку из широких рукавов своего одеяния и, не поднимая глаз на мое лицо, указала в ту сторону.
== Пройди туда, и ты найдешь ее. Но прошу тебя, будь осторожен: наша кошечка всегда кормит своих котят посреди дорожки; а поскольку они все полосатые, их не так-то легко заметить, если они окажутся в тени от вишни... Я пойду скажу Бланид про одежду леди Гэнхумары. У госпожи такие красивые юбки, синие и фиолетовые, и плащ в клетку; но она носила здесь только серый...
Проходя сквозь проем в стене, я слышал за спиной постукивание ее грубых сандалий, пересекающих двор в обратном направлении.
За стеной была длинная, неправильной формы полоска сада, обнесенная со всех сторон высокими стенами и с виду не имеющая другого выхода, кроме того, через который я вошел. Место, наполненное мягкими коричневато-серыми, и зелеными, и шелковистыми мышино-коричневыми красками трав и лекарственных растений, уже пошедших в семена; место, куда уже затихающий снаружи, на улице, гвалт доходил только как рокот прибоя на далеком берегу. И в дальнем конце, повернувшись лицом к выходу, стояла Гэнхумара, неприметная и неяркая, как и сам сад, если бы не сияние ее волос.
Увидев меня, она торопливо шагнула вперед, потом остановилась и стояла совершенно неподвижно, ожидая, пока я подойду к ней. В конце концов, поскольку мои глаза видели только Гэнхумару, я все-таки чуть не наступил на полосатую кошку, но как раз вовремя заметил ее там, где тень от вишни полосами падала на дорожку в последних лучах угасающего заката, и благополучно переступил через нее и ее жадно сосущих котят. Потом я стоял рядом с Гэнхумарой, держа в ладонях ее протянутые руки. Мне хотелось сдавить ее в объятиях, крепко прижаться губами к ее губам, но она казалась такой чужой в своем старом сером платье, чужой и очень далекой от меня, словно и сама была монахиней; и я не смог.
== Гэнхумара! Гэнхумара, с тобой все хорошо?
== Неплохо, == сказала она, потом добавила, эхом откликаясь на мои слова своим низким, звучным голосом: == Артос! Артос, ты действительно пришел так быстро?
== Я не собирался приходить, пока не избавлюсь от своих доспехов и от добрых жителей Эбуракума. Но мне внезапно показалось, что я нужен тебе, == ты словно позвала меня, Гэнхумара.
== И поэтому ты пришел.
