Тетя Кирилла жила в хорошем, недавно отремонтированном доме недалеко от центра. В подъезде дежурила консьержка, которая поздоровалась с Кириллом по имени-отчеству – как поняла Сима, он часто навещал свою родственницу, и он же купил ей эту квартиру.
– Я ей предлагал переехать ко мне, в загородный дом, – пояснил Кирилл, входя в лифт, – но она ни в какую – хочет самостоятельности, и вообще привыкла жить в городе.
Подойдя к двери, Сима услышала доносящиеся из-за нее звуки фортепьяно.
Кирилл позвонил, музыка прекратилась, раздались приближающиеся шаги и старый, но звучный голос:
– Иду-у, иду-у!
Дверь открылась, на пороге появилась старушка в белой кружевной блузке, заколотой на шее брошью с камеей, с аккуратно уложенными голубоватыми волосами и с бледно-розовой помадой на губах.
– Кирюшенька, это ты! – старушка умильно сложила руки. – И с девушкой! Как хорошо!
– Это Симона, очень славная девушка, – представил Кирилл свою спутницу.
– Не сомневаюсь, – старушка посторонилась, пропуская гостей в квартиру, и внимательно посмотрела на Симу.
– А мы ведь раньше встречались, – проговорила она неуверенно.
– Вряд ли, – ответила Сима. – Я бы это запомнила.
Старушка проводила гостей в комнату, усадила их на диван.
Комната была просторная и светлая. На стене висела картина – букет полевых цветов в простом глиняном кувшине, на самом видном месте стояло немецкое пианино.
– Сейчас мы будем пить чай! – объявила хозяйка дома.
– Тетя, я сам накрою, – предложил Кирилл.
– Ни в коем случае! Я что, по-твоему, такая дряхлая развалина, что не могу самостоятельно поставить чайник?
– Нет, тетя, я этого не говорил, я просто хотел…
– А если не говорил, так сиди, как положено гостю!
Старушка удалилась на кухню, вскоре вернулась и села к инструменту.
– Симона, – обратилась она к гостье, – как вы относитесь к старинному романсу?
– Ну, как вам сказать… – Сима замялась, – скорее хорошо…
Старушка кивнула, положила руки на клавиши и запела тоненьким, чуть надтреснутым голоском:– Моя душечка, моя ласточка,
Взор суровый свой проясни,
Иль не видишь ты, как измучен я?
Пожалей меня, не гони!..
– Тетя, может, не надо? – взмолился Кирилл. – Симона у тебя первый раз, пожалей ее…
– Да что вы, Кирилл… – смутилась Сима, – пусть ваша тетя поет, мне нравится…
– Вот видишь, Кирюша, – оглянулась тетушка, – ей нравится! Я же сразу поняла, что она – очень милая девушка!
И она продолжила:– Не лукавьте, не лукавьте,
Ваша песня не нова,
Ах, оставьте, ах, оставьте,
Все слова, слова, слова…
