Трубы снова провыли, и на площадь выползли четыре исполинские ящерицы. У них на спинах сидели солдаты с двумя небольшими пушками на каждой рептилии. Звери неторопливо перебирали лапами. По красным кирпичам проскакало три сотни всадников с пиками. На площадь въехала телега с клеткой. Везли телегу четыре упитанных коня. За решеткой был виден привязанный полуобнаженный человек, два палача с плетьми время от времени били его.
Позади телеги болталась цепь. В кандалах бежал, звеня цепями и покраснев от напряжения мускулистый полуголый мальчишка, его подгоняли ударами кнута. Дальше понуро следовали скованные цепью заключенные. Их было около полусотни. Окруженные всадниками, которые время от времени доставали их ударами копий.
– Видите, что бывает с теми, кто противится государственной власти. Вот это!
Герцог ткнул пальцем в человека в клетке.
– Правая рука Вали Червового, Маара Туз. А тот прикованный малек – просто зверь. Зарубил десяток солдат, прежде чем мы его скрутили.
Аплита всмотрелась в мальчишку внимательней. Лицо у ребенка было разбито, волосы в крови, плечо рассечено, тело в синяках и ссадинах. Однако, не осталось никаких сомнений – заключенный мальчишка был Алексом. По изменившемуся лицу Аплиты Петр все понял. Он подошел и крепко пожал ей руку.
– Держи себя в руках. Иначе мы не сможем его вызволить.
Герцог выдавил ухмылку.
– Казнят их не сразу. Сначала палачи выведают все тайны повстанцев, и лишь затем их ожидает жестокая смерть.
Мысль о том, что Алекса подвергнут тяжелым пыткам, не радовала Аплиту, но это, хоть какая-то отсрочка приговора. Ее мозг работал с лихорадочной быстротой. Надо обеспечить побег Алексу, но как? Если они ринутся в бой, тысячи солдат с мушкетами убьют их. Тут нужна хитрость.
Среди повстанцев было много детей, их всех ждала суровая участь. На лице герцога читалось лишь холодная отстраненность. Аплита полушепотом спросила Марка де Садома:
– Неужели эти маленькие дети тоже сражались в армии повстанцев?
– Не все, конечно. – Лениво ответил герцог. – Некоторые из них были связными, другие разведчиками, а многие просто детьми восставших. После того как они узнают, что их потомки пойманы и подвергаются мучениям, им ничего иного не останется, как сдаться в плен.
– А после этого детей отпустят? – С надеждой в голосе спросила Аплита.
– Конечно, нет. Зачем нам нужны лишние свидетели? Мы их повесим, а трупы закопаем в ров.
Девушке едва не стало дурно от таких откровений.
– А если им все равно грозит смерть, сдадутся ли их родители?
Герцог растянул губы в самодовольной ухмылке.
– Ну, во-первых, родители не знают, что их потомков все равно ждет смерть. В своем указе мы обязуемся их освободить. А во-вторых, после тех мучений, которым мы их подвергнем, дети будут только рады избавлению, уснув в объятьях нежной смерти.
– Но разве это не бесчеловечно, убивать беззащитных малышей? – Чуть ли не простонала Аплита.
– Наоборот, это гуманно и справедливо. Они ведь еще не успели согрешить, а многих мы просто сожжем на кострах, и их души, очищенные огнем и болью, вознесутся на небо. А так, живя на Картере, они бы грешили, грешили, и Господь был бы вынужден отправить их в ад.
– Ада нет, это все предрассудки. – Заметила Вега.
Герцог подозрительно прищурился.
– Что за речи? За это можно угодить в пыточный подвал.
Он приподнял плеть, но чтобы испугать лейтенанта Российской армии надо иметь что-то более действенное, чем пук конских волос.
– Я не боюсь тебя. – Вега выбила плеть из руки герцога. Затем, спохватившись, покраснела от смущения. Марк де Садом, впрочем, был в хорошем настроении.
– Ты пламя, а не женщина. Мне все больше хочется поразвлечься с тобой. Давай договоримся: ты оскорбила меня действием, а я вместо наказания налагаю на тебя постельную повинность.
Веге вовсе не хотелось спать с этим мешком жира. Они, конечно, должны помочь Аплите, но при этом необходимо, как можно быстрее справиться с заданием. Следовательно, надо задобрить этого борова, ведь герцог, владыка всех окрестных городов и сел. Судя по размерам Патрижа, у него под контролем внушительная территория.
– А что, я не прочь провести ночь с таким мужчиной.
– Еще бы. – Марк де Садом показал свои внушительные, хотя и обвисшие от жира бицепсы.
– Я и не сомневалась. – Вега напрягла свои, хоть и не очень большие, зато острые шарики мышц рук.
– Ты тоже хороша. Я хочу вас обеих, но прежде чем я займусь вами, мне надо будет посетить одно место.
– Какое?
– После узнаете.
