Ольга изящной кошечкой растянулась под самым потолком и блаженствовала, игнорируя нашу добродушную перебранку. Чем ближе мы были к разгадке исчезновения её сердечного друга, тем молчаливее и задумчивей становилась она. Банник так и не показался, предпочитая не попадаться на глаза колдуну с вампиршей, следуя примеру сообразительной нечисти в лесу. Века не проживешь, если лезть на рожон. Намывшись и напарившись до позеленения, мы вернулись в дом к хлебосольному хозяину.
- Вы уверены, что из лесу никто ещё не возвращался? - допив медовуху, спросила я Шенва, нашего гостеприимного хозяина.
Тощий старый колдун с огромной залысиной, закутанный в мантию болотного цвета, походил на скелет. Угольки глаз вспыхнули:
- Да как же я могу быть уверен, веда? Сего никто не знает. Забрать коней на обратном пути обещают, но ещё ни один не вернулся. Ногир ждет год, да и отводит к своим осиротевшую животину. Такой уговор.
- Ха! - подал голос Ногир, слуга Шенва. - Годину назад тут таки чучела прибрели, шо осесть и выпасть!
Колдун поморщился.
- Карлы. Всё им неймется, крючконосым! Притаранили огроменный отрез шелка на веревках и плетеную корзину, - проворчал Ногир, - влезли скопом внутрь, как яйца у бабы в лукошке, зажгли хреновину под тряпкой и улетели жопы морозить.
Ольга вскинула голову:
- И что?
- Што - што? Обратно есчо не прилетели, дурни длинноносые. Носы длинны, а ум и хвост короток, - слуга схватил миску с похлебкой, шумно отхлебнул. Шенв снова поморщился, но промолчал.
Ногир был холмовиком, а спорить с подземным народцем было себе дороже. Росточком мне по пояс, бородатый лопоухий гном походил на ребенка-старичка, которому бабушка отродясь не читала сказки про доброе и светлое. Разве что они вместе изучали трактат по разделке туш. И, вообще, если у холмовиков и были бабушки, то доводились близкой родней людоедам.
- А вы не слыхали и не видали ничего странного лет пяток назад? Может, что-нибудь припоминаете? - спросила я, предлагая Северу ломоть хлеба. Волк нехотя обнюхал корочку, словно размышлял, так ли он голоден, чтобы есть нечто, не похожее на мясо. Осторожно взял хлеб и лег рядом, уронив ломоть между лап, но есть не стал, привереда.
- А то! - обрадовался Ногир. - Так пыхнуло, отсель видно было, ведьму в печенку!
Ольга побледнела. Вейр насторожился.
- А вот и врешь. Что отсюда можно увидеть? - поддела я гнома.
После длительного возмущенного бульканья и сопения Ногир выдохнул:
- Ты, девка, языком лучше пол подметай! Проку больше будет! Не видали мы ничего? Мы! Не знаем? Да? Да я такое видел! Если бы ты видела, штаны бы промокли!
- Ног, помолчи, - поджал губы старый колдун.
- А не надо молчать, - зазвенел натянутый, как струна, голос Ольги. - Я и так знаю. Пять лет назад отряд жрецов совершил набег на окрестные хутора, согнав взрослых и детей, как скот, на древнее капище. Им нужны были дети. Дети с силой. Таких оказалось всего два. Остальных, как нераскаявшихся идолопоклонников, они ... уничтожили. Убийцы не спешили скрыться, не ожидая, что в глухомани сыщется заступник. На беду, неизвестный благородный идиот оказался рядом и не мог не вмешаться. Он не знал, что неподалеку орудовал ещё один отряд чернорясых. Оставив за собой десяток трупов длиннобородых, Кин... неизвестный был вынужден отступить в лес. Я всё правильно сказала? - змеиные зрачки сузились до толщины волоса, костяшки впившихся в столешницу пальцев побелели.
- Ты, вампирша, всё верно баешь. Чего тады спрашивать? - дрожащим голосом спросил холмовик.
- Ольга, - прохрипел колдун тихо.
- Я уже сто лет как Ольга! - взвилась вампирша. - Эти выродки убили всех на капище, когда люди отказались отречься от веры в древних и отдать детей! Жрецы посмели применить силу! Мы видели то, что осталось. Когда тебя убивает твоя же сила веры...
Она долго молчала, глядя вдаль пустым, отстраненным взором, лишь пальцы сжимались и разжимались, словно пытались нащупать рукоять меча.
- Я долго живу. Я чего только не видела... Но седых детей... мертвых седых детей я не видела никогда, - глухо проговорила она, встала, взяла плащ и вышла из дому, аккуратно прикрыв дверь.
Воцарилась тишина. Лишь стук сердца отмерял крохи времени, и где-то там, в небытии, призраки мертвых молили об отмщении, отозвавшись на сказ о своей страшной судьбе. Я встала и вышла вслед за Ольгой в прохладную ночь, не в силах больше выносить тишину склепа.
Уселась рядом с подругой, прижавшись плечом. Не всегда нужны слова.
Гавкнул цепной пес, из дому вышел Север, потянулся и лизнул вампиршу в лицо. Та не ответила. Волк боднул её головой. Ольга покачнулась на ступенях. Боднул ещё раз, и ещё, навалился тушкой, и, наконец, смеющийся клубок покатился по двору.
Встав, Ольга отряхнула комья земли с плаща, притянула Севера за уши и звонко чмокнула его в морду.
- Спасибо, безобразник! Жаль, тебя с нами тогда не было. Может, поэтому мы и не нашли следов Кина? Ты мне поможешь? - склонив голову почти к самому волчьему носу, Ольга пристально посмотрела в янтарные глаза.
