Ночью мне снова приснилась Она. На этот раз Её тело было одето в традиционную одежду нашего народа, которую наши предки носили в Древности. Она собирала в поле цветы и плела из них венок. Когда Она надела венок на голову, я подошёл ближе. Мы взялись за руки и закружились в танце. Мы кружились всё быстрее и быстрее, пока у нас не закружилась голова и мы не упали рядом вместе на траву. Я попытался Её поцеловать, Она вдруг вырвалась и побежала по полю. Я бросился за ней. Когда я проснулся, то даже почти не мог вспомнить, что мне снилось.
Артисты собрались в путь с самого утра. Все хотели как можно быстрее добраться до ближайшего города, что даже не стали готовить еду. Кто успел, доел вчерашнюю юшку. Я, как получилось, спал слишком долго и проснулся только в тот момент, когда все уже были готовы выдвигаться.
К полудню аппетит у меня порядком успел разыграться. Нет, не так. К утру я остро стал чувствовать голод. Даже нет, это тоже будет не совсем точно. К рассвету мной обуревал невероятный ГОЛОД! Так что когда в лучах восходящего солнца появились очертания города, мою голову заполняли только одни мысли — где бы и как ПОЖРАТЬ. Меня абсолютно не интересовало, что это за город, как ко мне отнесутся его жители, не находится ли он сейчас в состоянии войны, не лежит ли в осаде, не проводятся ли в нём кровавые расправы. Всё это меня не интересовало. Возможно у меня разыгралась фантазия, но мой нос чутко улавливал идущий от города аромат готовящейся еды. Сознание было полностью заполнено образом ароматной сочной куриной ножки, прожаренной в пряных специях. И самою чуточку притушенной солью. И всё равно, что в этом мире нет традиции добавлять соль в пищу, а в половине Миров Кольца хлорид натрия запрещён как сильнодействующий наркотик и из-за этого там могут запретить к выходу мою книгу.
Но вот деревья расступились и перед нами открылся неописуемый вид! Сколько хватало глаз простирались ухоженные поля! То тут, то там, среди моря зелени, темнел вспаханный чернозём и виднелись крестьяне вместе с волами, запряженными плугом. Только сейчас я осознал, какой сдвиг произошёл в моём сознании. Из своего Мира я уходил в разгар осени. Большая часть деревьев успела пожелтеть, и лишь поодинокие дубы продолжали ловить последние солнечные дни. В этом же мире весна уступала свои владения лету. От того так удивились артисты чудотворным яблокам.
Про то, что время на наручных часах, которые были забраны у меня эльфом, отличалось от местного на четверть суток, я уже даже не вспоминаю.
До города мы добрались довольно быстро. Солнце всё ещё весело в зените, когда мы с песнями и плясками проходили через городские ворота. В самом городе артисты разделились на более мелкие группы и разбрелись в разные стороны.
— Ну, хлопец — бывай, — пожал мне руку Байда. — Даст Бог — ещё свидимся! Если всё решишь идти в Риндол, сам не блуждай. Так и сгинуть недолго. Подвяжись к каравану торговцев или другим артистам. Ладно, будь Здоров!
— Удачи, — попрощался я.
Город был огромен. Не то чтобы он был сильно большим… Нет! Он был на порядок меньше многих городов в моём Мире. Но он был достаточно большим, чтобы в нём потеряться неподготовленному человеку. Бесчисленные узкие улочки, изворачивающиеся в самых неожиданных местах. Широкие мостовые, которые могли без всякого предупреждения упереться в тупик. Хмурые люди на улицах, беседующие на непонятных языках, у которых мне было страшно даже спросить дорогу.
Ладно, будет Рок благосклонен ко мне — не пропаду. Буду полагаться только на собственное чутьё. А там хоть трава не расти!
По всему городу были развешаны плакаты о поиске сбежавших преступников. На них был изображён хмурый бородатый тип. Чуть ниже были портреты ещё двух людей… Текст плаката гласил:
"Внимание! Разыскивается опасный убийца!
За свои прегрешения он был приговорён к смерти через повешение!
Власти будут благодарны за любые сведения о нём или его сообщниках, которые помогли ему бежать!"
Кстати о Роке. Лютня за моей спиной как-будто сама говорила "ей, присядь, поиграй на мне!" и как бы обязывала действительно выйти на площадь и спеть. Была в ней какая-то магия.
На самых больших площадях были фонтаны с водой. Именно возле фонтанов собиралось больше всего людей. И именно доходя в своих бесцельных блужданиях до таких мест я останавливался и доставал из чехла подаренную Байдой лютню.
