Теос сбрасывает руку Руэна и тянется вверх, запуская руку в его светлые волосы. Он хватает прядь и дергает.
Я раскачиваюсь взад-вперед на пятках и обнаруживаю, что мои мысли блуждают, в то время как Теос и Руэн продолжают тихо разговаривать. Любопытство берет верх надо мной, и я мысленно обращаюсь к фамильяру, которого я отправил скользить за Террой. Закрыв глаза, я соединяю разум змеи со своим собственным и смотрю на то, что она сейчас видит.
Карета, раскачивающаяся взад-вперед, замедляющаяся до остановки. Звук шагов в сапогах, спускающихся вниз. Существо выжидает мгновение, а затем следует за ней в тени. Время от времени я наблюдаю, как Терра останавливается и оглядывается. Как будто она чувствует меня и моего маленького фамильяра. Дрожь пробегает по мне.
Несмотря на предупреждение Руэна, я знаю, что не остановлюсь, пока не узнаю все об этой смертной женщине. Ее чувства обострены. Ее тело чувственно под мужской одеждой, которую она предпочитает носить. У нее глаза воина, грудь сексуальной Богини и запах чего-то неукротимого. Этого достаточно, чтобы вызвать у меня ощущение, похожее на то, когда я пью амброзию.
Интересно, кем, о, кем же на самом деле может быть наша маленькая смертная подруга. Потому что одно можно сказать наверняка: она необычная. Совсем нет.
Глава 32
Кайра
Я покинула Академию на рассвете, проскользнув по почти пустым коридорам, как тень. Воспоминание о прошлой ночи сохранилось на моей коже, даже несмотря на то, что я пробралась в личную ванную комнату Даркхейвенов и смыла запах спермы и удовольствия, прежде чем сбежать. С моей стороны было неправильно оставаться на ночь. В ту секунду, когда я проснулась и поняла, где я все еще нахожусь, я выскользнула из постели Теоса и ушла так быстро, как только это было физически возможно.
Низко опустив голову и натянув капюшон, я не останавливаюсь, пока не добираюсь до главных ворот. Я достаю разрешение, полученное от Гейла, и передаю его охраннику — пожилому мужчине, происходящему от Смертного Бога, с седой прядью в темных волосах сбоку. Он читает записку и затем возвращает ее мне, прежде чем подать сигнал к открытию ворот.
Я не оглядываюсь назад, когда переступаю через них и начинаю идти. Странное покалывающее ощущение проходит сквозь меня по мере того, как я удаляюсь все дальше и дальше от территории. Я останавливаюсь на полпути по тропинке, ведущей к окраине города, и оглядываюсь назад, осматривая кусты и дорогу. В этом нет ничего необычного, но даже если мои глаза ничего не улавливают, мои чувства кричат мне, что за мной наблюдают.
Кончики моих пальцев обжигает холод, к которому я не привыкла. Страх? Я не совсем уверена, но, по крайней мере, я знаю одно. То, что я сделала с Теосом Даркхейвеном прошлой ночью, было ошибкой. Той, о которой я не сообщу Регису, когда увижу его. Я молюсь, чтобы он не заметил легкого колебания моей походки и не задал вопросов, потому что, если быть честной с самой собой, я никогда не покидала постель мужчины — даже если он все еще дышал, когда я это делала, — с такими ноющими бедрами или такой удовлетворенной киской.
Поворачивая обратно к дороге, я заканчиваю спуск в Ривьер. Мне требуется добрый час, чтобы добраться до окраин внешних улиц, достаточно далеко от жилой части Города Богов, чтобы успеть на ранний утренний экипаж, запряженный лошадьми, проезжающий по переулкам. Солнце поднимается над склоном холма и еще выше — над шпилями крыши Академии вдалеке.
Бросив таксисту несколько денз в качестве оплаты, я забираюсь внутрь экипажа. Моя верхняя губа инстинктивно оттягивается, когда спелый аромат мужского пота проникает в мои ноздри, и я быстро поднимаю рукав плаща, прикрывая рот и нос, чтобы приглушить запах. Единственная хорошая вещь в этом отвратительном запахе — это тот факт, что он означает, что два других человека, которые в настоящее время находятся внутри, — люди. Боги и Смертные Боги потеют по-другому, не как смертные.
Два других человека сидят друг напротив друга, скрестив руки на груди и опустив головы, в то время как кучер прищелкивает языком к лошади и приводит экипаж в движение. У меня не остается другого выбора, кроме как найти местечко рядом с одним из них.
Я откидываюсь на спинку сиденья, когда дверь за мной захлопывается, и поворачиваюсь лицом к окну, чтобы посмотреть, как мир в городе Ривьер пробуждается к наступающему дню. Общественный транспорт не обязательно является моим любимым способом передвижения, но это дешевле, и это лучше, чем идти пешком через весь город, чтобы добраться туда, куда я направляюсь.
Это странное чувство, что за мной наблюдают, меня никак не покидает. Я с любопытством и подозрением вглядываюсь на мужчин, сгрудившихся на своих местах, но ни один из них не произносит ни слова, и по мере того, как время идет, они в конце концов высаживаются на своих остановках, а за ними садятся другие.
