— Где я тебе свободную сотню найду? -- сердито забубнил воевода. – Две впереди, две сзади, остальные обоз по бокам сторожат. Еще две валяются ранеными по телегам.
– Темир, – слегка повысив голос, сказал Слав.
– Эй, Лихослава ко мне, – закричал воевода одному из крестьянских мальчишек, что изъявили желание стать дружинниками, и пока что использовались на посылах.
Через минуту явился высокий воин на гнедом усталом жеребце из тех, кто пришел вместе с смоленградским воеводой.
– Звал? – изобразив в седле поклон, спросил сотник.
– Бери сотню, пойдешь с лесорубами, вон уже собираются в стороне от дороги. Будешь охранять. Но смотри, людей береги, далеко от обоза не отходите.
– Ясно, – и Лихослав умчался собирать людей.
– Стой, – крикнул Слав, когда болото исчезло из виду, теперь от зловонной жижи их отделяло больше десяти тысяч шагов. – Разбить лагерь вон на том большом холме.
Измученные волы и тяжеловозы, предчувствуя скорый отдых потянули, телеги в указанном направлении с удвоенной скоростью.
– Потери есть? – спросил Слав, оглядывая усталым взглядом собравшихся в его шатре сотников и старост.
– У нас три коня пало, – ответил Темир привставая, – двух успели забить до того, как издохли, третий утоп в болоте. Все ратники целы и здоровы.
– У нас с пяток детей и две бабы сгинули в трясине, – сказал Ян, седой старик, избранный главным старостой. – А так вроде никто.
– У нас умерло с десяток раненых, – немного неуверенно произнес Лучезар, – остальные потихоньку идут на поправку, правда, постоянная дорога и тряска замедляет выздоровление.
– Теперь по поводу завтрашнего движения, – окидывая присутствующих взглядом, молвил Слав. – Идем не до упора, а часов до пяти и встаем на отдых. Люди измучены: бессонные ночи, болото это, нежить. Надо дать им отдых. Выберем удобное место и остановимся. Да и лекари за это время смогут немного подлатать раненых. Вопросы?
Все молчали.
– Так мы будем идти до Славиграда не четыре дня, а все пять, – сказал Радко, вставая.
– Радко, мы не можем двигаться быстро. Я скорее рискну провести еще одну ночь в открытом поле, нежели люди начнут умирать от усталости. Пока что мы справляемся с нежитью, потери, конечно, велики, но я думал будет намного хуже.
– Может, ты и прав, воевода, – сказал славиградец, пожимая плечами. – Только я думаю, что Ядун бросит на нас все свои силы. Он понимает, что если наш обоз доберется до крепости, ему придется штурмовать ее еще четыре сотни лет.
– Радко, пойми, люди не спят уже два дня, сегодня будет третий, завтрашнюю ночь просто некого будет поставить на стражу. И тогда нас разорвут на части, а Ратмир не увидит долгожданного подкрепления.
– Как скажешь, – и сын ведуна опустился на свое место.
Ночь прошла на удивление тихо. Крестьяне и часть дружинников даже смогли отдохнуть и немного поспать. Часовые несколько раз видели тени, бродящие неподалеку от лагеря. Слышали завывание, но ни одна нежить этой ночью так и не сунулась.
Как и приказал Слав, на следующий день двигались до пяти часов. Потом встали на отдых все. Дружинники, выставив малые караулы, улеглись спать. Крестьяне занялись заготовкой дров. Рысь, Волот, Яромир, Волч и Слав наведались в небольшой заброшенный городок, стоящий неподалеку от лагеря. Дома почти все были разрушены, только несколько выглядели относительно целыми и то только потому, что сделаны из камня, а не из дерева.
– Жаль, такое место пропадает, – сказал Волч, пиная валун сторожевой башни.
– Не жалей, – отозвался Слав, вытаскивая из чудом уцелевшей оружейной десяток мечей, наконечники для копий и стрел, боевые топоры. – Скоро погоним нежить, запрем долину и будем восстанавливать былое величие.
Слав скинул трофеи на траву и нырнул обратно в пристройку. Как только вошли в долину, он приказал досматривать все сторожевые башни и везти все найденное оружие в обоз. Было осмотрено уже десятка три более или менее сохранившихся башен. Трофеи, найденные в них, занимали целую телегу. В окованном медью сундуке Слав нашел две новые кольчуги и горсть серебряных монет незнакомой чеканки. Вытащив добро наружу, стали поджидать Рысь, Волота и Яромира, которые обследовали двухэтажные каменные дома. Спустя двадцать минут они явились, таща за собой тяжеленный сундук.
– Что там? – спросил Слав, поднимаясь с травы.
– Не поверишь, – отозвался бывший десятник, ногой откидывая крышку.
Солнечные лучи, попав на содержимое сундука, заплясали по стенам всеми цветами радуги. Драгоценные камни вперемешку с золотыми и серебряными украшениями, монетами множества народов.
– Да, богатый улов. Где нашли? – зачерпывая горсть монет, спросил Волч.
– Вон в том доме, – махнул в сторону развалин Волот. – Видать, купец или боярин там жил, да вот только богатство с собой не забрал. Наверное, там, куда он отправился, оно ему без надобности. Весь дом костями завален.
– Ладно, давайте к лагерю двигать, через час стемнеет, – сказал Слав, подзывая свистом пасшегося с остальными конями Огнева.
