Это история о мире, очень похожем на наш, за исключением одного: рядом с людьми живут вампиры, которые являются полноправными членами общества. Вампирами не рождаются – ими становятся, получив Метку. Когда начинается превращение, у новичка есть лишь два пути: принять свою новую суть, отправившись на обучение в закрытую вампирскую школу Обитель Ночи, или умереть.Так в Обители Ночи оказывается шестнадцатилетняя Зои Монтгомери. Впрочем, она получила свою Метку не совсем обычным способом, ведь ее избрала сама богиня вампиров – Никс. Теперь Зои предстоит обживаться в новом доме и искать свое место в мире вампиров, который на поверку оказывается гораздо более опасным, чем она себе представляла.
Мне бы хотелось поблагодарить моего замечательного ученика Джона Мэслина за помощь в исследовании, за прочтение многочисленных версий этой книги и отзывы на них. Он внес неоценимый вклад в книгу.
И большое СПАСИБО ребятам с уроков по творческому письму в учебный 2005-2006 год. Ваши общие идеи очень помогали (и веселили).
Также мне хочется поблагодарить мою прекрасную дочь Кристин за то, что следила, чтобы мы говорили как подростки. Я бы не справилась без тебя. (Она заставила меня это написать.)
Хочу поблагодарить мою замечательную маму, больше известную как Ф.К., за то, что она такой невероятно талантливый писатель и что с ней так легко работать. (Ладно, она заставила меня это написать.)
Обе – Ф.К. и Кристин – также хотят поблагодарить своего папу/дедушку Дика Каста за биологическую гипотезу, которую он помог создать в качестве основы существования вампиров Обители Ночи. Мы любим тебя, папа/дедушка!
Из поэмы Гесиода, посвященной Никс, древнегреческому воплощению Ночи
Как только я подумала, что день уже не может стать хуже, то увидела возле своего шкафчика мертвого парня. Кайла, как всегда, говорила без умолку и даже не заметила его. Сначала. Вообще-то теперь, вспоминая об этом, я понимаю, что больше никто его не замечал до тех пор, пока он не заговорил, а это, как ни трагично, еще раз демонстрирует мою чудаковатую неспособность быть как все.
– Нет, но, Зои,
– Ага, – ответила я рассеянно, – конечно. – И кашлянула. Снова. Я ужасно себя чувствовала. Должно быть, я скоро слягу с тем, что мистер Вайз, мой более чем безумный учитель биологии, называл «подростковой чумой».
Если я умру, освободит ли это меня от завтрашней контрольной по геометрии? Остается только надеяться.
– Зои, ты вообще слушаешь меня? Думаю, он выпил всего четыре, не знаю, может, шесть банок пива и, возможно, три шота. Но дело даже не в этом. Он вообще бы не пил, если бы твои дурацкие родители не заставили тебя идти домой сразу после игры.
Мы обменялись страдальческими взглядами, выражавшими полное единодушие по поводу последней несправедливости, учиненной моей матерью и злотчимом, за которого она вышла замуж три очень долгих года назад. Потом, едва сделав передышку, Кай вернулась к своей болтовне.
– К тому же он праздновал. Мы же победили «Юнион»! – Кай потрясла меня за плечо и наклонилась ко мне. – Эй! Твой парень…
– Мой почти-парень, – исправила я ее, изо всех сил стараясь не кашлять на нее.
– Какая разница. Хит – наш квотербек, так что, конечно же, он будет праздновать. С победы «Брокен Эрроу» над «Юнион» прошел миллион лет.
– На самом деле шестнадцать. – У меня плохо с математикой, но на фоне Кай я – гений.
– Да какая
