— Нет, не вижу. Здесь из репродукторов несется какая-то музыка, а вместо людей кучки обмундирования вдоль дорожек. Скверная картина, скажу я тебе. Приезжай поскорее, мне тут совсем не нравится…
Дождь моросил с самого утра — наступала длинная и мягкая в этих краях осень. Джекоб выглядывал из-под солнечного козырька на тянувшуюся до горизонта тучу и гадал, на сколько зарядил этот дождь. А еще переживал из-за того, что остановился в неположенном месте. В любой момент к нему мог подойти полицейский и затеять мучительное препирательство, финалом которого мог стать немалый штраф. Но что делать, если разрешенная стоянка перед банком располагалась в сотне метров от дверей, а ситуация складывалась так, что…
А впрочем нет, из банка появился Рик и, прикрываясь журналом от зарядившего дождя, поспешил к машине.
Перепрыгнул лужу, открыл дверцу и сел рядом с Джекобом. Тот завел мотор и тронул машину, выруливая на полосу движения.
— Ну и что там? — спросил он, желая, чтобы его голос звучал как можно равнодушнее.
— Все в порядке, вот твоя доля, — сказал Рик и бросил пачку банкнот Джекобу на колени. Тот подхватил ее и сунул во внутренний карман. Дело было сделано, можно было ни о чем не беспокоиться — Рик его не обманул.
— Эй, куда ты правишь?
— К обочине…
— Но нам же нужно в аэропорт!
— Успеешь, придурок! — воскликнул Джекоб и засмеялся.
— Ты пьян, что ли? — спросил Рик, когда машина остановился.
— Нет, не пьян. Но у меня для тебя небольшой сюрприз. Впрочем, решать тебе…
С этими словами Джекоб заглушил двигатель, и в салоне стало тихо. Слышалась лишь барабанная дробь дождевых капель по крыше.
Рик молчал, он чувствовал, что Джекоб волнуется.
— Тут такое дело, приятель. Я на этой операции значительно поднялся, мне жмут руки важные дяденьки из округа…
— И что?
— И то. Я задал небольшую работу военной разведке. Вот посмотри…
Джекоб протянул Рику несколько фотографий. Тот взял их и начал перебирать, даже не предполагая, что это может быть, а Джекоб напряженно за ним следил, ожидая реакции.
— Но… это же Полина! — воскликнул Рик, выходя из сонного забытья.
— Да, это Полина.
— И с ней девочка… Это ее ребенок?
— Это ее пятилетняя дочь Сандра, оставшаяся от прошлого брака. Отец этого ангелочка оказался отъявленной сволочью и избивал Полину, из-за этого они расстались.
— На что она живет? — спросил Рик, более внимательно разглядывая фотографии.
— Работает в какой-то туристической фирме вторым бухгалтером… Тебе нужно поехать к ней, Рикки.
Рик уронил фотографии и посмотрел на Джекоба.
— Да-да, приятель. Я по-своему любил эту женщину, но я не создан для семейной жизни — так уж сложилось, а ты то, что ей нужно. Но раньше ты закладывал за воротник, а теперь…
— А что теперь?
— Теперь ты другой — я это вижу. Поезжай, Рикки, я чувствую, что сейчас ты ей будешь нужен, а я через полгода или через год снова задам работу для военной разведки, и если мне повезет… Если мне повезет, Рикки, то на этих фото я увижу третьего человека, и это будешь ты.
…Дождь моросил с самого утра — наступала дождливая и ветреная в этих местах осень. Рик вышел из машины и, приоткрыв дверцу, выпустил из салона Сандру в ее желтом плащике. Затем подхватил девочку на руки и, подняв над головой, посадил на шею.
— Ты напугаешь ее, Рик! — испугалась Полина, раскрывая яркий зонт.
— Я в порядке, мама! — отозвалась Сандра и накинула на голову капюшон.
— Тогда пойдемте скорее, мне еще на совещание успеть нужно! — сказал Рик и, быстро перейдя с Сандрой улицу, подождал, пока их догонит Полина.
— С каких это пор приемный мастер должен присутствовать на планерке? — поинтересовалась Полина, забегая со своим ярким зонтом вперед.
— С сегодняшнего дня, дорогая. Меня назначили менеджером по приемке и ремонту…
— Вот это прогресс! Два месяца назад ты шагнул от ремонтника к мастеру, а теперь уже менеджер?
— Это нормально, дорогая. Людей с головой ценят повсюду.
— Но ты ничего не сказал мне!
— Вечером отпразднуем в «Цицероне»! Обещаю!
— А я? Почему без меня? — подала голос Сандра.
— А ты получишь свое мороженое, — пообещал Рик.
— Мороженое не считается, я хочу пойти в «Цицерон!» — потребовала она. — Ой, Рик, смотри, какой-то дядя в фургоне нас фотографирует!
— Где? — спросил Рик, останавливаясь.
— А вон, в синем фургоне телевизионной компании!
Рик присмотрелся. В окне проезжавшего фургона различался тусклый отблеск большого объектива.
Он уже забыл про обещание Джекоба, но тот, видимо, не шутил. И на тот случай, если сделают еще снимок, Рик поднял два пальца как символ победы, давая понять, что все получилось и все теперь будет как надо.
