От его прикосновения и тихого ласкового голоса в горле пересохло. Оцепенев, Мара смотрела на Японского Бога и уже не думала сбегать. Только руки убрала за спину, потому что себя боялась: не удержится и сама начнёт его трогать. А почему нет-то?! Он может, а ей нельзя?!
— Нет! — спило прохрипела она. Ужаснулась звуку своего голоса и отчаянно замотала головой. — Не напугал. Это ты извини… я… тебя потеряла.
— Теперь нашла? — краем губ улыбнулся Кайрэн. — Можешь всегда входить ко мне. Мара.
Так тягуче, будто перекатывая буквы на губах, ее имя еще никто не произносил. Что он делает?! И главное, зачем?! Дурой Мара не была при всей своей наивности и прекрасно понимала, что сейчас может случиться. Но ведь именно этого она и хотела, когда они были в ресторане.
“Переспим, а дальше что? Это точно не сделает наш брак настоящим!” Безжалостная мысль, как порез стекла причинила боль, но и немного отрезвила Мару.
— Спасибо, конечно, но лучше я пойду. Тебе надо одеться!
“Хотя вид без рубашки очень впечатляет!”
Кайрэн отступил. Всего полшага назад, но у Мары уже и голова перестала кружиться и вздохнуть она смогла полной грудью.
Она вернулась в свою комнату, обнаружила два пропущенных от мамы. Стало совестно за то, что сама не позвонила и не выяснила, как у них дела. “А все потому что “мужики — это зло! Красивые — в особенности!” Голос любимой тети звучал желчно и будто бы завистливо. Мара велела ему заткнуться.
— Скажи спасибо от нас своему жениху! — Мама была уже не такой нервной как еще час назад. — Он нам прислал своих ребят… дело идет в разы быстрее, но жить здесь нельзя. Минимум недели две квартира должна будет просохнуть. Мы с папой поедем тете Кате, его двоюродной сестре, а сегодня у Шафрановых переночуем. Ты уж поживи пока у Кайрэна. Вещи я тебе собираю, дальше...
Она говорила быстро, Мара едва успевала запоминать указания. С тем, что ей придется эти дни перед регистрацией брака прожить бок о бок с Кайрэном, думать себе пока запретила. Ей бы ночь продержаться.
— Мам, — осторожно спросила Мара, когда в телефоне стало тихо. — Слушай, а у нас нет никаких знакомых японцев? Ну или не было?
— Нет, конечно! — перебила мама. — Почему спрашиваешь? Даже близко никого. Только вот твой Кайрэн теперь.
— А у родственников или ваших друзей? — Мара не сдавалась. Теперь ей казалось, что тот сон, в котором она писала иероглифы в японской комнате, а потом и строгий Кайрэн в национальной одежде, все это было не случайно. Нет, ей и точно надо писать романы с ее-то воображением!
— Никого, Марысь, — вздохнула мама. — Даже близко не было. А что случилось?
— Да так…, — и тут же сменила тему. — Мам, это же ремонт надо будет делать?! Опять кредит? Нам, наверное, уже и не дадут!
Из-за приоткрытой двери послышались шаги. Мара быстро свернула разговор и рванула навстречу Кайрэну. Он не должен знать, что у ее семьи нет денег.
Они буквально столкнулись в коридоре. И не обладай Японский Бог стремительной реакций, это могло быть еще и больно.
— Не ушиблась? — Кайрэн без особых церемоний ощупывал Мару, заключив ее в свои объятия. А она молчала и даже не пыталась вырваться.
Голоса бабушки, тети Насти и миллионов женщин, пострадавших от красивых мерзавцев молчали. Никто не пришел Маре на помощь.
— Ты мне нравишься, — мужские пальцы уверенно скользили по ее лицу. — Очень.
Не говоря ничего больше и не ожидая от Мары ответа, Кайрэн склонился и поцеловал ее.
Глава 38
Из-под Мары словно вышибли землю. Вот еще секунду назад она твердо стояла на ногах, а сейчас вдруг стала невесомой, точно полетела куда-то. Где легко и тепло и никого больше нет. Нет даже собственных мыслей. Остались только она и он.
Те самые бабочки в животе, в которых Мара не верила и считала заезженным клише, теперь порхали внутри, поднимая ее все выше. Она даже прижалась сильнее к Кайрэну и обвила руками шею Японского Бога. Потому что целовался ее будущий фиктивный муж и впрямь божественно.
Что Мара знала о поцелуях? Оказывается, ничего!
Реакция Кайрэна не заставила себя ждать. В одно мгновение Мара оказалась прижатой к стене, мужские руки сильно сжали ее бедра. А губы еще секунду назад нежно ласкавшие губы Мары, теперь жадно впились в шею девушки.
Трепетные бабочки, поднявшие Мару в невесомость, исчезли. Легкости в теле как не бывало, зато внизу живота завязывался тягучий узел желания. От неожиданности Мара было дернулась, но Кайрэн держал ее крепко.
В голове тут же встревоженным роем зажужжали молчавшие до этого голоса бабушки и Насти. Мара замерла, а потом оттолкнула от себя Кайрэна. Он тут же отпустил ее, отпрянул, тяжело дыша.
— Что не так? — Никогда прежде Мара не слышала его голос таким низким и нетерпеливым. И все же у нее хватило сил ответить.
— Все не так! Совсем не так! — с каждым словом она чувствовала себя в праве все ему высказать. И плевать, что они наедине в его квартире. И что ночь на дворе. — У нас фиктивный брак, ясно? Или ты решил… нет! Ты точно собрался вот так не допустить всяких там измен?!
По лицу Кайрэна пронеслась тень раздражения.
