И снова стук. Мара стояла неподвижно, прислушиваясь к тишине. Может, уйдут? Она понятия не имела, что делать, не факт, что даже дверь сможет открыть. Вся квартира нашпигована электроникой на непонятном языке, в коридоре висела панель, отдаленно похожая на систему “умный дом”. И тут никакой словарь не поможет! От ощущения собственной беспомощности засосало под ложечкой. Да что же она такая неумеха! И муж хорош, притащил в чужую страну, а сам бросил. Мара впрочем тут же испугалась возникшего вдруг раздражения на Кайрэна, ей стало стыдно. В конце концов, она не ребенок, сама разберется!
— Мара! — из-за двери раздался знакомый женский голос, отчего Мара даже вздохнула с облегчением. — Атыкырывай, падэзялуста, это Аяко!
— А то я сразу не поняла, — пробубнила себе под нос Мара и пошла открывать. На удивление она легко справилась с дверью.
Японка уже успела переодеться и выглядела странновато, по мнению Мары. Во-первых, в ее руках был зонтик. Да-да, настоящий и довольно большой зонт, хотя за окном жарило так, что можно было без огня сварганить яичницу, просто выставив на солнце сковородку. Во-вторых, руки гостьи оказались по локоть в длиннющих черных перчатках, на шее было что-то похожее на шарф. В такую-то жару!
Мара таращилась на японку как на чудо дивное, та же начала быстро стягивать себя все лишнее и через несколько секунд уже стояла в красивой длинной блузке и широких штанах, закрывающих обувь. Ростом японка была выше Мары примерно на полголовы. Просторная одежда не скрывала стройность фигуры, но поражало не это, а совершенно удивительной белизны кожа. В самолете не было возможности хорошо разглядеть Аяко, но и тогда Мара отметила идеальный цвет лица, подумала, что какой-то хитрый макияж. Сейчас так уже не казалось. Очень красивая девушка, а когда улыбалась выглядела совсем куколкой.
— Пурибэт. Кайрэн папарасил тсебе памочь с одезедой!
— Помочь мне с одеждой? — переспросила Мара, сон как рукой сняло. — Зачем?
— Нудзна! — коротко ответила японка и снова улыбнулась, слегка поклонившись Маре.
Нелепая ситуация какая-то. Кайрэн ей ничего не говорил, наоборот сказал отдыхать. Мара ничего не понимала, но и выставлять знакомую Сайто из его же квартиры было как минимум невежливо.
— В этом неледезя хадить, — Аяко ткнула пальчиком в спортивные штаны Мары, которые та еще не успела убрать.
— Я сейчас спрошу у Кайрэна.
Про себя Мара подумала, что наверняка муж ни сном ни духом, и японка без разрешения сюда завалилась. Мара уже злилась на саму себя, что в машине не расспросила подробнее про эту фарфоровую куклу.
Мара два раза перечитала сообщение от Японского Бога. Наверное, она выглядела растерянной, потому что Аяко подойдя к ней ближе, сказала своим милым, почти детским акцентом:
— Ты хотесь пазорить мудэза? — и бойко застрекотала дальше, делая грамматические ошибки и путая окончания, Мара выхватывала через слово, но общий смысл до нее дошел.
Кайрэн Сайто, оказывается, принадлежал древнему дворянскому роду, его далекие предки были самураями, в его семье чтут традиции и очень ревностно относятся ко всем “чужакам”. И от того, сумеет ли Мара расположить к себе старших членов рода, зависит ее будущее. “Если свекровь тебя не примет, лучше сразу развестись”, — эту фразу Аяко выговорила на удивление очень четко. Как и следующую: “я хочу помочь”.
А еще Мара узнала, что ее гостью зовут Аяко Фудзивара, она тоже аристократка, ее предки были чуть ли не императорами. “А твой род какой? Кайрэн не женился бы на простой девушке!”
И все это говорилось с улыбкой и няшным акцентом. Мара совсем смешалась. Она толком ничего не знала о семье своего мужа, кроме совсем уж формальных сведений. И сейчас его увещевания, что все будет хорошо, не казались ей такими уж надежными. Аяко тем временем продолжала сыпать фактами из жизни родственников Кайрэна.
— Хорошо их знаешь? — не выдержала Мара.
— Очень! — расцвела японка и подхватив Мару за локоть, увела ее из квартиры Кайрэна. Дверь захлопнулась. Ну хоть карту-ключ успела прихватить с собой Мара, а ее незваная гостья уже натягивала перчатки на руки.
— Боюсь солантса, алерэгия, — и снова улыбка на лице. Теперь понятно, почему она такая белая, как вампир… — Но ты мозес так, загар — это карасо.
На улице они прибыли недолго, но Аяко все равно раскрыла свой зонтик, который, как выяснилось, защищал ее от солнца. Водитель Кайрэна их уже ждал.
Аяко была сама любезность, Маре правда захотелось, чтобы она немного помолчала, но конечно, не могла такого сказать. Да и рассказывала японка интересные вещи про традиции своей страны. Зря Кайрэн говорил, что она плохо говорит по-русски. Пусть и с тяжелым акцентом, но понять было можно. А что еще ей не договорил? Из древнего рода, значит?!
