Мару внутри всю переворачивало, в душе она уже простила Кайрэна, что не рассказал ей про Настю и наследство. Но осадок все равно остался, неуверенность какая-то. То ли в нем, то ли в себе. И главное — они такие разные оказались. Несовместимые для нормальных отношений.
— Ты меня потом проклянешь, если полностью переедешь сюда! — шипела она. — И вообще, для тебя все это так важно — мечи самурайские, клинки, твое наследство и все то, в чем я вообще не понимаю! Ты будешь скучать здесь, а ездить пару раз в год туда… А все эти твои активы, семейный бизнес, ты же женился на мне еще и для того, чтобы управлять компанией! И ради меня откажешься от почти всего?! Это ты с самого начала говорил, что не часто будет появляться в Москве, что в основном будешь у себя там, в Японии.
— Хочешь расстаться из-за того, что у нас разные интересы?
— Нет! Конечно, нет! — Мара уже совсем запуталась. — Но я не представляю… если ты откажешься от своей привычной жизни для меня, я себе этого не прощу. А я люблю свою жизнь здесь, свою работу, хотя она и оказалась не совсем такой, как я хотела. Хочу сама что-то собой представлять. А как вспомню, как на меня смотрели эти старые пердуны на ужине! Помнишь?! А это важная часть твоей жизни. А если опять появится что-то еще, как с Настей и ты мне ничего не скажешь?
Кайрэн внимательно смотрел на Мару, понимая, что она и правда не может справиться, разложить все по полочкам или, чего он тоже не слишком умел — расслабиться и жить каждое мгновение. Знал, что их отношения не будут простыми, но отпускать Мару, которая вдохнула в его жизнь новый смысл, он не мог.
— Я бы тоже хотел знать все наперед и выбирать всегда только правильные решения и никогда ни в чем не разочаровываться, — тихо сказал он, взяв Мару за руку. — Но я не прошу тебя отказаться от своей жизни. Мы можем найти баланс. Я могу проводить больше времени в Москве, а ты — приезжать в Японию. Мы оба можем адаптироваться.
Мара всхлипнула, сердце разрывалось между любовью и страхом перед будущим.
— Но как?! — спросила она, глядя ему в глаза. — И эта твоя Аяко?! Она же в покое нас не оставит!
Кайрэн улыбнулся.
— Найдем способ, — уверенно сказал он. — Я готов изменить свой график, чтобы больше времени проводить вместе. А ты можешь приезжать в Японию, когда у тебя появится возможность или частично работать удаленно. Да и я тоже что-то смогу делегировать…
— Ты перфекционист и трудоголик! — вынесла приговор Мара. — И у тебя была мечта, как и у меня, кстати. А мечты надо реализовывать, а то и с ума сойти можно.
— Много есть разных способов, не только этот, — хмыкнул Кайрэн. А Мара залипла, смотрела в его глаза, и в голове проносились кадры из ее жизни последних трех месяцев. С того самого дня, когда стерва Лилия толкнула ее в холле и Мара чуть не упала на Кайрэна. Вспомнила, как умоляла Леху на ней жениться, а потом появился ее Японский Бог с неожиданным предложением. Да этих событий и переживаний ей с лихвой хватило бы на две жизни!
О чем они вообще сейчас спорят? Маре вдруг стало плевать на Аяко, жажда мести отступила в сторону, расхотелось даже засовывать ее в солярий.
— Пойдем со мной! — она решительно взяла мужа за руку и повела к себе домой.
Родители уже проснулись, и, судя по всему, поглядывали в окно, так что появление зятя на пороге своей квартиры встретили довольно спокойно.
— Это вам! — Кайрэн неловко передал небольшой пакет с подарками. — От моих родителей и от меня.
В своей спальне Мара вытащила коробку с вещами Насти. Начала с хорошего.
— Вот, это ведь точно ваше? — она указала на два красные веера. — Возьми, пожалуйста, домой, в Японию.
— Наши! — глаза Кайрэна удивленно расширились. — Мы думали, куда они…
— Еще вот это… тут веселого мало, но кто знает, если покопаться или дать объявления, может, что-то и найдешь…
Мара протянула ломбардные выписки.
— Ух ты! — только и смог сказать Кайрэн.
— Не знаю, мы так долго сейчас с тобой спорили о будущем, а вообще не знаем, что завтра будет. Наверное, ты прав про компромисс, но вот сначала давай закроем прошлое. Настя оказалась не тем человеком, кого я знала в детстве и не нужно было на тебя рычать там, на Идзу, в вашем доме.
Мара вдруг крепко прижалась к своему Японскому Богу, не хотела его отпускать обратно в Японию. Да, он накосячил, но и она хороша тоже. Столько времени выяснять отношения сегодня, а так толком ни до чего и не договориться. И все же самое главное Мара услышала.
— Скажи еще раз, что меня любишь и можешь возвращаться в свою Японию, — скрепя сердце сказала она. — Я подожду, когда ты вернешься.
— Люблю тебя. Очень! — устало улыбнулся Кайрэн. Все-таки даже японские боги могут страдать от недосыпа, смены часовых поясов, климата и нервных жен. — Жди меня у нас дома. Это же и твой дом тоже.
Кайрэн уехал, а Мара, безбожно опоздав на работу, только перед самым выходом заметила два небольших свертка, оставленные мужем. Думала вечером посмотреть, но любопытство победило.
Открыла и онемела от изумления. Минуты две стояла пялилась на эту красоту, не разрешая себе даже коснуться.
