В ее волосы были вплетены розовые цветы. Точно так же как и в волосы хилой девушки до недавнего времени. Видимо, она успела их незаметно снять, пока мы шли, а я, пытающийся рассмотреть лес в подробностях, не придал этому значения. Кажется, зря. Что-то мне подсказывает, ну вот так, что гипотетически, что розовые цветы показатель свободных девушек. Если вспомнить, то почти все дамы с детьми были без этих цветов, когда смотрели на меня, а девочки старше какого-то возраста наоборот, поголовно с цветами. Угусь. Значит принять синий цветок я могу в любом случае, но конкретно сейчас мне протянули именно красный.
Через несколько долгих секунд размышлений, я пришел к выводу, что цветок лучше не трогать. Совсем. Лучше не играть в лотерею, а попытаться договориться каким-то другим способом.
Я взял кинжал и воткнул его в землю. По испуганным, безразличным глазам девушки ничего нельзя было сказать. Скорее всего она просто не особо понимала, что ей сейчас делать. Ее задачей было только предложить мне цветки.
Несколько секунд неловкого молчания. Девушка убрала красный цветок и протянула мне синий. В этот момент ее рука немного дрогнула. Ясно: ей страшно. Принимать синий цветок, как бы соблазнительно это не было, все же пока не будем - гарем это, очевидно, прекрасно, но проснуться как-то с ножом под ребром не очень хочется.
“Нет. Так мы ни к чему не придем.”
Я демонстративно отодвинул руку с цветами и осторожно, нежно за подбородок, как герои в каких-то глупых сериалах, поднял ее глаза. Ну не в буквальном смысле поднял, а как бы обратил на себя внимание, ну не в буквальном смысле обратил на себя внимание, а заставил посмотреть на меня, ну не в прямом смысле заставил а... Короче вы поняли (у меня в подобные романтические (а разве нет?) моменты кровь к мозгу совсем не поступает).
Затем я скорчил самую грустную рожицу из всех что возможно. Слезу пустить у меня не получилось, но вид у меня был явно жалостливый: приспущенная голова, сомкнутые глаза, руки, тянущие чтобы вытереть слезы, приоткрытый рот, из которого, кажется, вот-вот выйдет плаксивый крик.
После пантомимы я показал на трупы воинов, а затем еще раз скорчил грустное лицо. Девушка в ответ опустила голову и несколько секунд стояла с задумчивым выражением лица. Затем она молча, робко, протянула мне белый цветок.
“Черт, опять мне в лотерейку предлагают сыграть! И вот что делать? Надеяться на то, что мне поняли правильно, или еще раз попытаться разъясниться? Хотя, кажется мне они не очень понимают мои вот эти вот старания. Такое ощущения, что они кроме как цветами никак не общаются с чужеземцами. Вот ж…” - не придя с собой к единому мнению я, в порыве то ли гнева, то ли просто отчаяния из-за того, что не могу принять решения, буквально выхватил красный цветок.
…
...
Девушка опустила голову еще ниже и, кажется, еле-еле сдерживала свои слезы.
“Я ошибся?” - пронеслось тут же в голове, я даже захотел отдать цветок, однако не успел - система опередила меня.
“Огось! - удивился я. - Мало того, что мне выдали по сути халявные характеристики, так еще я получил способность, позволяющую общаться с представителями расы! Ну разве это не круто? Только вот одно меня гложет: белый цветок, видимо, как у нас белый флаг - символ того, что противник сдался. Я-то надеялся на то, что это символ мира. Кажется, мою пантомиму поняли неправильно. Но не все ли равно теперь? Я могу попытаться загладить перед ними свою вину, жаль, что маны мало и сейчас нормально объясниться не могу. Все-таки затраты на активацию этого языка слишком большие. Эх… Активировать переводчик на этот, на сиизитанский.”
