Окруженный тысячами врагов, я, управляемый ненавистью, вертелся ураганом, убивая одного коротышку за другим. Я отрезал им головы и конечности быстрым движением, рассекал туловища. Кровь мерзко-багрового цвета хлестала во все стороны. Я смеялся. Разве не чудесно? Кровь.. Больше крови. Страдание. Им больно. Чудесно, Прекрасно, прекрасно, есть ли... есть ли что-то вкуснее страданий? Убить.
Тела, что уже горой лежали воле меня выступали самым настоящей стеной. Среди них были как обезглавленные трупы, так и те несчастные, которым не повезло получить небольшую царапину отравленного кинжала.
Подумать об оксюмороне не успел: стоило мне только пробудиться от яростного сна, как тут же моим разумом овладела сонливость настоящая. Она была столь сильна, что мне показалась будто бы меня телепортировали во времени: батс, и я уже не в центре сражения, окровавленный, с щитом в левой руке и кинжалом в правой, а связанный по рукам и ногам на каком-то большом камне, раздетый. При мне даже кинжала нет, что очень странно, учитывая то, что это изначальный артефакт, который невозможно ни потерять, ни украсть...
Вокруг меня кружат,причудливо пританцовывая, шаманы, штук десять. Их погремушки методично звенят, отбивая ритм. Дальше шаманов - огромная толпа коротышек, что спокойно стоят, кажется, они даже не дышат.
“Так. Все ясно - меня хотят принести в жертву тому духу. Надо валить. Думаю, кинжал вернется ко мне стоит освободиться. Остальные вещи, особенно щит, жалко конечно, но не думаю, что он стоит риска. Думаю, используя телепортацию смогу убежать достаточно далеко. А дальше ножками, прорываясь через оборону. Не того связали, парни. Активировать телепортацию!”
И... ничего не произошло.
“Активировать телепортацию.” - как придурок повторил я.
Вы не можете использовать навыки, умения и способности в данный момент.
“Попал.” - осознал я, расслабленно смотря на небо прекрасное, заливающиеся красным. Светало.
Я ничего не мог поделать, поэтому просто наблюдал. Не знаю, следствие ли это высокого интеллекта или увеличенной мудрости, но почему-то я смог так абстрагироваться, как будто бы это вот все вовсе не со мной происходит. Я смог заставить себя думать, что смотрю фильм, со мной в главной роли. Странное ощущение, признаюсь. Но это мне очень сильно помогло.
Местное солнце медленно поднималось все выше и выше, а зубьярбы бездействовали, как будто ждали чего-то. И меня это порядком подбешивало! Уж если взялись что-то делать, то делайте это быстрее! Лежать на камне, под палящей звездой (кстати светит она будь здоров) без возможности пошевелиться это очень сомнительное удовольствие.
“Ничего не происходит. Чего они ждут?”
Время шло. Звезда поднималась все выше и выше и вот, когда она оказалась в зените ожидание сменилось происходящим. Жар, исходящий от местного светила усилился в десятки раз и продолжал нарастать с каждой секундой. Я как будто бы оказался вблизи огромного костра.
Обычному человеку не выдержать такого, но мне помогала моя стойкость, которая (оказывается) спасает не только от простых порезов, но и от таких зверских условий. Моя кожа быстро темнела, вырабатывая пигмент меланин, чтобы защититься от опасного ультрафиолетового излучения, и избавлялась от тепла всеми доступными способами, выплескивая тонны пота. Все мои вены вздулись, чтобы кровь быстрее равномерно распределяло тепло по всему телу, но этого было недостаточно. “Солнце” жарило сильнее. Я стал получать урон. Температура тела медленно повышалась.
Когда она достигла сорока одного - критической температуры при превышении которой многие клеточные белки нашего организма перестают функционировать; Стойкость пошла на критический шаг, начав перестройку организма, заменяя жизненно необходимые белки другими, более устойчивыми к высоким температурам. Однако и это не спасало. Система не справлялась. моей стойкости было недостаточно. Здоровье падало с каждой секундой все быстрее и быстрее. Мозг уже не мог ни о чем думать. Можно сказать, что я был в сознании, но при этом лишился способности мыслить.
Сложно описать те муки, что я испытывал заживо жарясь на смертном одре. В некотором смысле, они напоминали очень затянувшуюся банную процедуру при смертельных температурах.
Все прекратилось ровно в тот момент, когда мое здоровье было равно трем. Небо резко заволокли тучи, появившиеся из ниоткуда и пошел сильнейший дождь. Ливень, который стоял настоящей стеной, подарил мне мгновенную прохладу. Я смог наконец-то прийти в себя.
