– У меня получилось, мне очень помог отец, только Гулливер, так я назвал новый иксин ударился в изучение религий и теперь он ярый приверженец дзен буддизма, он считает что его посетило просветление и его ведёт истинный путь. Я пока не оценил всех его возможностей, один из дронов был полицейским, всё специальное оборудование теперь в распоряжении Гулливера, один лишь анализатор запахов многого стоит, он в тысячи раз чувствительнее человеческого обоняния, да там полно ещё всякой специальной полицейской аппаратуры. Один аналитический блок и блоки памяти второго дрона использованы для создания блока нелинейных связей, что и сделало его осознающей свою индивидуальность личностью. Второй аналитический блок геологоразведочного комплекса использован частично для увеличения кеш памяти, а его процессоры и процессоры вашего старого компа объединены в одну структуру, за счёт этого быстродействие увеличено раза в 4, а то и 5. Это намного превосходит возможности корабельных компьютеров последнего поколения.
– Ты хорошо поработал, Тима, жаль только что перспектив у меня никаких, решил податься колонистом в далёкий космос, корабль придётся продать, грустно ответил я ему и своим мыслям.
– Дядя Вик, не расстраивайтесь так, может ещё всё ещё наладится и пойдёмте в рубку, я познакомлю вас с Гулливером.
– Гулливер, здравствуй!
– Здравствуй Тима, привет Шушу, здравствуйте хозяин, приятным голосом ответил комп, хотя теперь уже не просто комп а и искин, чёрт, как же мне теперь с ним быть? – в замешательстве подумал я.
– Ээ… Гулливер, а нельзя как ни будь по другому, подемократичнее что ли, командир, например, а то прямо как раб на плантации? – попытался я пошутить и заодно понять как теперь с ним обращаться.
– Нет, категорично заявил он, – я уважаю законы, корабль ваша собственность, а я часть корабля и принадлежу вам, значит вы – хозяин.
Вот уж никогда не думал оказаться в роли плантатора рабовладельца, невесело мысленно пошутил я над собой и сложившейся ситуацией.
– Дядя Вик, нам уже пора, можно я вас обниму на прощанье и Шушу неловко прижалась ко мне, а с Тимом мы без слов по мужски просто крепко пожали друг другу руки.
Ребята ушли, а я растроганно думал что мне будет их не хватать, ведь никого ближе них у меня не было на этой негостеприимной для меня планете и я уже невольно успел к ним привязаться. С таким сентиментальным настроением я прошёл в рубку и уселся в командирское кресло.
– Чем занимаешься, Гулливер?
– Пытаюсь расшифровать записи на глиняных табличках найденных при раскопках, лаконично ответил он.
– Как успехи?
– Недостаточно данных, пока я установил только что они все сделаны на трёх разных языках и их диалектах. Может быть не весь материл опубликован в сети?
– Не знаю, Гулливер, может быть, меня волнует совершенно другое – где взять деньги для ремонта нашего корыта, нашей ненаглядной Сони?
– Хозяин, прошу подсоединить цепи управления системами корабля, мне надо провести полное тестирование, тогда я буду знать какая сумма требуется для ремонта.
– Я подумаю, решим завтра вместе после смены, а сейчас я пойду спать.
– Спокойной ночи, хозяин.
