Виктор достал телефон и попытался записать голосовое сообщение Наталье, в котором потребовал причину, по которой их сын убежал в метро.
Ответа ждать долго не пришлось. Виктор увидел голосовое сообщение длиной в полминуты. Он тут же включил его и услышал заплаканный голос своей жены, довольно ясно обрисовывавшей всю ситуацию:
– Потому что мы с тобой, Витя, – отвратительные родители! – всхлипывала Наталья Николаевна. – Мы с Васенькой снова поругались из-за собаки, когда ехали к зубному. Так он как вскочил со своего места и как выбежал из автобуса прочь!.. Я лишь увидела, что он побежал к станции, только вот за ним не поспела…
Виктор медленно опустил руку с телефоном на скамейку и глазами, полными боли, посмотрел вперёд и задумался.
– Неужели, чтобы мы поняли, что к желаниям ребёнка нужно прислушиваться, должно произойти что-то до жути страшное?.. Неужели я не мог раньше понять, как важно слышать сына прямо здесь и сейчас?.. Получается, я действительно отвратительный родитель… Ужасный, самый плохой папа в мире!
В голове Виктора начали вспыхивать, словно огоньки, различные воспоминания: вот Васенька приносит домой грязного щеночка, а папа тут же звонит в приют для животных, не обращая внимания на слёзы ребёнка; Васька пишет письмо Деду Морозу и медленно, торжественно проговаривает: «Дорогой Дедушка Мороз! В этот раз не слушайся родителей, а слушайся меня! Пожа-а-алуйста, подари мне песика, ласкового, доброго!», пока папа стоит под дверью и подслушивает. Тогда это не произвело никакого впечатления на вечно занятого Виктора, считавшего, что самое главное в воспитании ребёнка – строгость и умение показать, что мужчина – сильное звено. Папа боялся избаловать Васеньку, поэтому всегда многое ему запрещал, в том числе кушать мороженое осенью, облизывать сосульки (хотя, казалось бы, каждый ребёнок должен попробовать это сделать!), часто просить у родителей игрушки. Виктор не хотел видеть взрослого Василия – эгоистичным, мелочным человеком. Виктор собирался вырастить личность. Но какое значение имеют подобные правила, когда сам ребёнок несчастен? Он, бедный, скованный маленький зайчик, живёт, словно в оковах, с мамиными и папиными правилами. Когда другие дети учатся на собственном опыте, Васька узнаёт что-то только со слов своих родителей. Да и нет никакой уверенности, что он к этому прислушивается.
В попытках позаботиться о своём сыне Наталья и Виктор упустили самое главное – что ребёнка нужно, прежде всего, любить. И как раз-таки любовь подразумевает под собой самые сумасшедшие действия: вместе с ребёнком сесть ночью у холодильника и съесть по ложке мороженого, а потом тихонечко включить телевизор и посмотреть «Машу и медведя»; скатиться с огромной снежной горки и закидать друг друга снежками, громко и задорно смеясь; всегда быть на стороне своего маленького чуда, пускай он даже получил двойку заслуженно – всё равно он не виноват; и перед тем, как обвинить ребёнка, нужно обязательно поискать ошибки в себе. Что стоят эти оценки в школе по сравнению с детской улыбкой, радостным голосом и счастливыми моментами, проведёнными вместе? Что стоят эти крики, ругани и скандалы по сравнению с тёплыми объятиями? Пока ребёнок маленький, пока он живёт здесь – в родительском доме, нужно по-особому относиться к этому времени, бережно хранить в памяти его и искренне ценить. Совсем скоро – года пролетят незаметно – ваше маленькое чудо вырвется из гнёздышка в свободный полёт, когда ему будут открыты все горизонты. И тогда уже будет неважно, сколько двоек он получил и сколько наказаний провёл в запертой комнате. Останется главным лишь одно – сколько раз наивным детским смехом наполнялся тёплый дом и сколько приятных воспоминаний будет храниться в памяти у родителей… И да – будут ли они сожалеть об упущенном на скандалы и крики времени, за которое можно было спокойно купить 10 собак, чтобы сделать ребёнка чуточку счастливее?..
Виктор резко поднялся со скамейкb. Его сознание омрачило удушающее чувство вины: за то, что он не слушал, не слышал и не понимал Ваську. За то, что он все 11 лет бы действительно плохим папой.
Ноги Виктора подкосились. Он был готов упасть, но внезапно прозвучал женский голос, разнёсшийся по всей станции «Китай-Город».
«Мальчик Вася Комельков был найден сотрудником полиции. Вася Комельков в полном порядке и сейчас направляется к маме на станцию «ВДНХ». Благодарим вас за проявленную помощь в поисках!»
Виктор схватился за сердце и упал на холодную плитку.
…
Мне так было страшно! Что говорить этому дяденьке? Чтобы он отвёл меня к маме?! К папе?! Ох, как же сильно я их напугал… Мамочка, наверное, плачет, и папа тоже… Но теперь я к ним точно не могу пойти, ведь они поругаются! Пускай лучше этот Степан Игнатьич передаст им, что у меня всё хорошо.
– Василий! – певучим голосом потревожил меня полицейский. – Что это ты голову опустил?
Слёзы вырвались наружу, и я, не сдержавшись, громко заплакал.
