Примерно в час дня он уже ехал в такси по Рингу в направлении Альзерштрассе к пансиону «Адрия». Водитель открыл все окна. Теплый ветер дул Фаберу в лицо. Пиджак лежал у него на коленях. У Бургтора его внезапно охватила паника.
Мира! Он ведь собирался навещать ее каждый день и сообщать ей о состоянии Горана. Что он скажет ей сегодня? И завтра? Что, если Горан умер? Что станет тогда с Мирой? Ее же все равно сразу бы не выписали и не отправили в Сараево! Сможет ли он бросить ее на произвол судьбы?
Пока Горан будет жив, ее, наверное, оставят здесь. Это состояние между жизнью и смертью может тянуться дни, недели. Значит, я должен неделями сидеть у его кровати и ждать, когда начнутся новые кровотечения с ужасными сценами, какие я наблюдал прошлой ночью. Я не выдержу. Я не выдержу. После того, как я упаковал свои вещи, мне стало смертельно плохо. Конечно, и от страха перед тем, что меня ожидает. Как долго я смогу это переносить? Как долго сможет переносить это Мира?
Такси проехало мимо Парламента. Белое здание сверкало на солнце.
«Нет! — подумал Фабер, внезапно приняв решение. — Нет, я больше в этом деле не участвую. Я не могу. Я не хочу. Кончено! Все! Немедленно! Лучше сейчас и безжалостно, чем потом. Better with a bang than a whimper.[43] Я не Белл. Я не такой, как он — мужественный, не способный никого предать. Я трус. Я сдаюсь. Это должно закончиться, немедленно».
— Господин шофер! — он наклонился вперед.
— Слушаю, господин! — Молодой водитель говорил с сильным акцентом. Он был темнокожий, с короткими курчавыми волосами и худыми руками с длинными пальцами. Фабер понял, что он из Марокко и в Вене ориентируется слабо. Услышав адрес пансиона, он должен был посмотреть план города.
— Я кое-что вспомнил… — Фабер кричал, чтобы заглушить шум ветра. — Я не могу ехать в пансион. Я должен немедленно ехать в аэропорт! Немедленно! Отвезите меня, пожалуйста, в Швечат!
— Швечат. Аэропорт. Хорошо, господин. — Молодой марокканец покинул Ринг и поехал по Ластенштрассе в обратном направлении. Его лицо ничего не выражало. Когда они подъехали к Шварценбергплац и там Фабер увидел наконец указатель «АЭРОПОРТ», он, задыхаясь, откинулся назад в кресле. Он старался глубоко дышать. Голова болела, но он чувствовал огромное, неописуемое облегчение.
«Нельзя сказать, что мне безразличны Мира и Горан, — думал он, — но я хочу только одного: вон из этого города как можно быстрее, как можно дальше, ничего больше не видеть, ничего больше не слышать, ничего не делать, совсем ничего».
Такси двигалось по автостраде в направлении Швечата. Пел ветер. Сразу прошла головная боль. Он почувствовал себя прекрасно. Когда такси остановилось перед залом вылета, подошел мужчина с тележкой.
— Носильщик нужен, господин?
— Да, пожалуйста.
Фабер и марокканец вышли из машины. Фабер оплатил такси и, как всегда, дал очень большие чаевые. Носильщик укладывал чемоданы на тележку.
— Слишком много, — сказал темнокожий, держа в руке деньги.
— Нет, все в порядке.
— Тогда я благодарить. И желать счастья, господин!
— Я вам также. — Фабер пожал ему руку.
Водитель пошел к своей машине, скользнул за руль и отъехал.
В зале вылетов перед большинством окошек Фабер увидел очереди. Стоял сильный шум, плакали дети, почти непрерывно звучали голоса по громкоговорителю. Женщины что-то кричали мужчинам. Те бурчали в ответ.
— Куда вы летите? — спросил носильщик с багажом Фабера.
Об этом он еще и не подумал.
— Одну минуту… — Фабер изобразил, как будто он ищет в кармане пиджака авиабилет. При этом он смотрел на большое табло с указанием маршрутов и времени вылета. Его взгляд поспешно скользил сверху вниз.
432AF/430 Париж…
321ВА/435 Лондон…
647LH/445 Бейрут…
На эти рейсы уже поздно. Стенные часы показывали четырнадцать часов тридцать минут, и у него еще не было билета.
56705/532 Киев…
648LH/534 Стокгольм…
387 OS/540 Каир Виа Ларнака.
Это его рейс! На него он еще может попасть. Итак, в Каир. Все равно, куда. Только вон из Вены.
— Господин, куда вы летите? — снова спросил носильщик.
— В Каир, австрийской авиакомпанией. — Он дал носильщику деньги, снова слишком много. — Идите, пожалуйста, со мной! Я еще должен купить авиабилет.
Перед окошком AVA случайно никого не оказалось. Девушка посмотрела на него с улыбкой:
— Добрый день, господин Фабер!
— Пожалуйста, в Каир, на пятнадцать сорок. Я спешу.
Девушка ввела номер рейса в компьютер и посмотрела на экран.
— Одно лицо?
— Да, я.
— Это МД восемьдесят три. Почти все заполнено. Осталось только два места бизнес-класса.
— Замечательно.
— Салон для курящих и место у прохода.
— Мне все равно.
— Прекрасно, господин Фабер!
Девушка, узнавшая его, оформила билет. Он заплатил за билет и поблагодарил ее.
— Счастливого полета, господин Фабер!
Через толпу людей он протолкался к окошку регистрации. И здесь ему повезло. У окошка стояла только одна женщина. Носильщик сгрузил тяжелые чемоданы на весы и тоже пожелал счастливого полета.
Сопровождающая дала Фаберу посадочный талон к авиабилету. Она улыбалась.
