— Кстати, о детях. Представляешь, Диего поговорил с каким-то футбольным тренером, который заинтересовался Картером! Он его уже даже посмотрел и теперь мой брат будет играть под его началом! А это сулит ему реальную спортивную карьеру. Ты можешь себе такое вообразить?! — с невероятным блеском в глазах поделилась Джойс.
Диего лишь пожал плечами, как бы говоря, что он тут вообще не при чём.
— Слушайте, да сегодня просто день отличных новостей! Поздравляю! Твой братишка и впрямь талантливый парень, его ждёт большое будущее. Это надо обтанцевать! Что скажешь, Пистон?! Ты со мной?
— Я всегда с тобой, Ебобо, — подмигнул мне Нэйт.
Трэвис лишь покачал головой на наш диалог, прижав к себе Джойс. Габи ворковала с Итаном, который сидел на коленях Диего. Она обожала детей и мечтала родить по меньшей мере троих когда-нибудь. Мы с ней неоднократно мечтали на тему наших будущих семей и в плане детей всегда сходились во мнении, что их должно минимум двое.
— Трэвис, можно я свой плейлист включу?! Я же знаю, что вы все соскучились по моим танцулькам, — обратился к нему, зная, как он ревностно относился к музыке, звучащей из его колонок.
Его «олдскулы» не любят рэп, хоть ты тресни. Сколько раз я не пытался переманить его и обратить в свою веру, ничего не вышло.
— Можно, — пробормотал себе под нос.
Подошёл к док-станции и подключил свой плеер. Копаясь в плейлисте, нашёл песню Without Me любимого Eminem. Включил её и услышал заливистый смех Нэйта.
В детстве они частенько называли меня Эминемом, когда я пытался найти друзей среди афроамериканского населения гетто. Однажды они додумались прямо на моей чёрной куртке белой краской написать «Я чёртов Эминем. Пни, если не согласен». Мы поехали гулять в парк, и я, пребывая в блаженном неведении, целый день ходил с такой «рекламой», отбиваясь от всяких дебилов и их пенделей, не понимая в чём дело.
— «Guess who’s back, back again»[1], — завопил довольный Нэйт, указывая в меня пальцем. — Узнаю Ебобо! Он вернулся!
Один раз, когда я остался ночевать у Трэвиса с Нэйтом, наутро не смог найти ремень, который, собственно, держал мои джинсы, не давая им совсем упасть. Я всё утро искал по шкафам, тумбочкам, сумкам, пока эти дебилы несчастные хохотали и делали вид, что не знают куда он подевался. В итоге нашёл его в мусорном ведре. В мусоре! Следующая ночевка у них ознаменовалась «татуировкой» несмываемым маркером у меня на лбу, также посвящённой моему кумиру. Такие вот у меня добрые друзья. Поэтому Эминем и всё его творчество неразрывно связано с моим весёлым детством. А раз сегодня с нами Итан, то я внезапно начал ностальгировать по временам, когда мы исполняли всякую дичь.
Выйдя на улицу перед гаражом, натянул на голову капюшон толстовки и начал читать вместе с кумиром детства. Нэйт встал рядом и поддержал моё настроение побеситься. Он всегда так делал. Всегда был на моей стороне и за одно со мной. Не важно, что я придумаю и что взбредёт в голову. Нэйт всегда был первым, кто поддержит. И это у нас с ним было абсолютно взаимно. Я никогда не подвергал сомнению его решения. Даже с Лесли. Я просто знал, что рано или поздно до него дойдёт, что он натворил и тогда я снова подставлю своё плечо, чтобы облегчить его ношу.
— «Or let me be me, so let me see…»[2], — произнёс, подойдя к Трэвису. Он лишь покачал головой, улыбнувшись.
В детстве пару раз мне удавалось раскачать его, что он даже подпевал немного. Сейчас он, разумеется, не сознается в этом, но тогда он казался вполне довольным. И я знаю, что втайне он не против такой музыки. Просто ему по душе потяжелее. Ну, о вкусах не спорят.
— «Now this looks like a job for me
So everybody, just follow me
‘Cause we need a little controversy
‘Cause it feels so empty without me…»[3], — читал, стоя недалеко от ребят, пока Нэйт изображал движения руками, словно он вог танцевал. Надо сказать выглядело более, чем органично.
Итан громко и заливисто захохотал. Ребята начали хлопать в такт, качая головами. Габи, встав рядом с Нэйтом, поддержала его танец. Следом и Джойс отлипла от Трэвиса и подошла к нам, хлопая в ладоши и двигая бёдрами в такт.
Вот оно! Вот это я обожал! Когда все включались и поддерживали. Когда все улыбались и качали головами.
Диего взял ладони Итана в свои руки и начал хлопать ими.
— Ты неисправим, Полтос, — прокомментировал кремень Трэвис, стоявший около входа в гараж.
— Давай, братишка, подключайся! Мы никому не скажем, что ты качал под Эминема! — заржал Нэйт, изображая непонятную хрень руками.
— Я?! Ты в своём уме или совсем мозги пропил?! — хохотнул Трэвис.
— Тлэвис! Давай! — завопил Итан, и все заржали от его милого коверкания слов.
— «Well, I’m back, na-na-na-na-na-na-na-na….»[4], — подойдя к нему, помахал у него перед лицом рукой.
Он рассмеялся и, схватив меня за руку, завёл её за спину и дал мне пендель. Но в следующий миг всё же сломался и подошёл сзади к Джойс, обнял её и начал двигаться в такт.
Е-е-е! Я охренительный красавчик! Умел раскачать толпу.
