– Поблагодарить? – переспросила Пенни, у которой едва не отпала челюсть.
– Да, поблагодарить, – продолжая улыбаться, ответила мачеха Оливии. – Вы помогли снять с моих плеч тяжелый груз. – Видя недоумение Пенни, миссис Б-У пояснила: – Вы ведь знаете, что я мачеха Оливии? И тем не менее у нас с ней всегда были очень доверительные отношения. После смерти мужа я очень тревожилась за нее. Только теперь, спустя месяцы, она начинает выбираться из глубокой депрессии, в которой находилась все это время. И в огромной степени это ваша заслуга, Пенни.
Миссис Б-У была не единственной, чьи плечи освободились от тяжелого груза. Все тревоги Пенни мгновенно улетучились. Ее сердце ликовало. Значит, ее не уволят и она отправится в Венецию! Чувствуя себя Золушкой, которой пришлась впору хрустальная туфелька, она искренне улыбнулась:
– Я очень рада, если сумела чем-то помочь Оливии. За это время я прониклась к ней большой симпатией и наряду с вами радуюсь тому, что она наконец-то вылезает из своей скорлупы… Знаете, этим утром мы ходили с ней по магазинам и говорили обо всем. Даже о молодых людях. Я услышала от нее очень важное признание. Она считает, что вскоре займет мое место, то есть свое настоящее место, и начнет общаться с людьми.
– Какая замечательная новость! – Лицо миссис Б-У стало серьезным. – Вы не представляете, до чего мне приятно это слышать. Пенни, я же не глупенькая и знаю, какой несносной и раздражительной была все это время. Представьте мое состояние, когда на Пасху я одновременно потеряла мужа и падчерицу. Роджер умер, Оливия ушла в себя. Я осталась одна, пытаясь удержаться на плаву, но это было невероятно трудно. Я практически ничего не знала о деятельности Фонда, созданного мужем, и вдруг оказалась в гуще событий, окруженная незнакомыми людьми. Они понимали, что я чуть ли не полный ноль во всем, что касается охраны окружающей среды. Меня это ужасало. И тогда, чтобы себя обезопасить, я начала воздвигать барьеры. Я чувствовала себя беззащитной и ужасно одинокой.
Чувствовалось, комок в горле мешает миссис Б-У говорить. Пенни видела слезы, блестевшие в уголках глаз. Забыв о былой враждебности к этой женщине, Пенни порывисто встала:
– По-моему, вам сейчас не помешает чашка крепкого чая. Я мигом.
Пенни удалилась на кухню, и, пока она заваривала чай, мачеха Оливии сумела взять себя в руки.
– Вам с сахаром и молоком?
– Достаточно молока. – Миссис Б-У попыталась улыбнуться. – Вы меня простите, Пенни. Гружу вас своими проблемами.
– Ничуть. Нам всем необходимо выговариваться. Нельзя держать свои беды взаперти. Я рада не только за Оливию, но и за вас. Я никогда не видела вас такой улыбающейся и счастливой. Будем надеяться, что жизнь вас обеих возвращается в прежнее русло.
Они проговорили почти полчаса. Пенни больше не удивлялась метаморфозе, произошедшей с мачехой Оливии, оказавшейся милой и приятной женщиной. Где-то под конец разговора миссис Б-У обратилась к ней с неожиданной просьбой:
– Оливия мне рассказала, что у вас намечается выставка. Меня в это время не будет в Лондоне, а хотелось бы посмотреть ваши картины. Может, покажете что-нибудь из ваших работ?
Пенни повела ее в свою мастерскую.
– Часть картин я оставила в галерее на Пикадилли. Но я покажу вам другие.
Пенни расставила холсты вдоль стен. Миссис Б-У внимательно осмотрела каждую картину, отпуская хвалебные замечания, и наконец остановилась возле первой абстрактной композиции. Об особенностях создания этой вещи Пенни благоразумно умолчала. Миссис Б-У замерла и долго смотрела на картину, затем повернула к Пенни свое восхищенное лицо:
– Какая удивительная вещь! Я успела влюбиться в нее. Но вы вряд ли готовы ее продать.
– Пока не вижу в этом необходимости. Если выставка пройдет успешно и галерея продаст часть моих работ, это положит начало моей художественной карьере.
Пенни глубоко тронула щедрость миссис Б-У, но она не хотела, чтобы та покупала картину лишь из желания загладить свою вину перед ней.
– Я не сомневаюсь, что ваши картины купят. Если не секрет, какие цены установили галеристы?
Пенни вспомнила цены, названные Эрнесто. Ей до сих пор было не преодолеть удивления, что ее картины могут столько стоить.
– Для меня это целое состояние. Картины поменьше оценили в полторы тысячи фунтов, а за более крупные владелец галереи намерен просить от трех до четырех тысяч.
– Эта картина относится к какому размеру? – спросила миссис Б-У, продолжая смотреть на абстрактное полотно.
– Наверное, к тем, что крупнее.
– Что, если я выпишу вам чек на четыре тысячи фунтов? Я в восторге от этой картины и знаю, что она будет превосходно смотреться на стене гостиной.
Пенни проглотила ком в горле. Картина не входила в число работ для зимней выставки, и она была вольна продать свое произведение. Но четыре тысячи фунтов?..
– Мне неловко брать такие деньги. Галерея отчисляет себе пятьдесят процентов. Если вы хотите купить эту картину, может, достаточно будет двух тысяч? – спросила Пенни, чувствуя, как колотится ее сердце.
