Роза также сдержала другое обещание, данное Николасу Локвуду. 4 февраля 1945 года она получила известие о том, что генерал Макартур взял Манилу. На следующий день пришла фототелеграмма с изображением генерала в окружении сопровождающих лиц, среди которых был и Стивен Толбот, отмеченный как главный помощник Макартура по вопросам снабжения. Фотография с изображением ее изгнанного сына вновь доставила Розе ощущение уже забытой было боли. Ей хотелось, чтобы Николас Локвуд смог бы разделить ее боль.
30 июля 1945 года через две минуты после полуночи тяжелый крейсер ВМФ США «Индианаполис» был атакован японской субмариной и в течение двенадцати минут затонул в Индийском океане. Военные сразу же сообщили о случившейся трагедии.
Семь дней спустя на высоте 32 тысячи футов над городом Хиросима капитан Пол Тиббетс-младший отдал приказ экипажу своего бомбардировщика сбросить груз. В мгновение ока целый город был превращен в руины, и мир сделал решающий шаг в направлении полного самоуничтожения.
8 августа, на следующий день, после того как второе ядерное устройство сровняло с землей город Нагасаки, в офисе «Глобал» появился спокойный человек с мягким голосом. Он искал встречи с Кассандрой и, после того как его провели в ее кабинет, представил свое удостоверение агента ФБР.
– Мисс Мак-Куин, вы знаете мистера Николаса Локвуда?
Кассандра побледнела.
– Да. Знаю.
– Возможно, вам лучше будет присесть, мадам. Насколько возможно тактично федеральный агент рассказал Кассандре о катастрофе с «Индианаполисом». Тысяча шестьсот восемьдесят человек, находившихся на борту погибли, некоторые из них утонули, другие получили солнечный удар, остальные были съедены акулами. Все триста шестнадцать спасшихся, были опознаны. Николаса Локвуда, который находился на борту «Индианаполиса» с правительственной миссией, среди них не было.
Утро 2 сентября 1945 года рождалось в голубом небе. Золотое солнце играло миллионами бликов на водах Токийского залива. В заливе на якоре стояло около десятка кораблей, их орудия молчали, но все еще были направлены в сторону разрушенного города. На линкоре «Миссури» моряки в парадной белой форме суетились на надстройке, выкатывая и укладывая красный ковер, устанавливая столы и стулья и показывая гражданским фоторепортерам места для установки их оборудования. В смотровом гнезде рядом с вымпелами, которые хлопали на сильном ветре, дозорные в бинокль изучали поверхность бухты в поисках катера с членами японской делегации.
Стивен Толбот надвинул фуражку на лицо, чтобы защитить его от солнечных лучей. Одетый по полной форме, он носил знаки различия лейтенанта Вооруженных Сил США. Звание, однако, было больше церемониальным, чем официальным.
– Если ты собираешься работать со мной, нам придется как-то тебя назвать, – сказал Макартур Стивену, когда он был поставлен на довольствие три года назад. – Слово «лейтенант» хорошо подходит для этого.
Стивен согласился и привык, что к нему обращаются по этому званию. Хотя он ни разу не видел настоящего боя, он тем не менее считал, что заслужил это право.
Когда Стивен прибыл в штаб Макартура в Гонолулу в начале 1942 года, он все еще никак не мог оправиться от того, что с ним сделала его мать. После их ссоры она отказывалась разговаривать с ним. У Стивена не было возможности узнать, каким образом удалось ей получить информацию, и он, находясь под страхом дальнейших обвинений, не мог связаться с Куртом Эссенхаймером, чтобы достоверно выяснить, где была допущена ошибка.
После своего отплытия Стивен все еще не мог поверить в то, что она серьезно намерена лишить его прав на наследство, – гораздо большее, чем отправка на войну. Но тянулись недели и месяцы, во время которых не было никаких известий из Нью-Йорка, и Стивен постепенно начал осознавать, что его мать твердо решила сдержать свое слово. И не было ничего, что он мог предпринять, чтобы остановить ее.
Девственная красота Гавайских островов, которая благотворно влияла на тела и души уставших от войны солдат, моряков и летчиков, только углубляла ярость и разочарование Стивена. Он был вынужден жить в офицерских казармах и сводить концы с концами на скудное армейское жалованье. Привыкший отдавать приказы, а не выполнять их, он испытывал страдания, когда люди, которых он считал дураками, превосходили его по званию, и ему приходилось подчиняться им.
Стивен выжил, создав свой собственный мир, в котором никто и ничто не могло потревожить его. Находясь в штабе Макартура, он получил доступ к военной информации, которая никогда не доходила до гражданских лиц. Германия все еще яростно сражалась, но становилось ясно, что перевес на стороне союзников. Поставки сырья нацистам срывались. Корабли, которые перевозили остро необходимое Германии сырье и материалы, систематически тонули. Роза, так думал Стивен, выполняла обещание мести, уничтожая невидимую империю, которую он построил.