Юкико поняла своего отца и подготовила себя к тому дню, когда Стивен прибудет на Гавайи и разделит с ней ложе. Но он никогда не делал предложений подобного рода. Их спальни находились в разных половинах дома, и Стивен всегда старался не потревожить ее личную жизнь. Она думала, что он может удовлетворять себя с помощью проституток с печально известной Чайна-стрит в Гонолулу, но когда она проследила за ним, она поняла, что это не так.
Юкико начала следить за Стивеном более внимательно, надеясь найти слабости, которые она может использовать в свою пользу, чтобы привязать его к себе. Но Стивен оставался неизменно вежливым, он наслаждался японскими традициями и знал о них достаточно много, чтобы сожалеть, что он никогда не сможет понять их до конца. Он был благодарен ей за ее попытки соблазнить его, но он никогда не отвечал на них. Во всех отношениях Юкико казалось, что Стивен Толбот не нуждается ни в ком, и это было единственное, что настораживало Юкико.
Солнце стояло высоко над горизонтом, и ветер, казалось, замер, создавая безмолвный котел вокруг бельведера. Когда Стивен вернулся в холодную прохладу дома, к нему подошел слуга и вручил ему голубой почтовый конверт. На нем стояла печать армии США, а обратным адресом была нюрнбергская тюрьма.
Стивен прочитал письмо и посмотрел за горизонт. Уставившись в какую-то далекую невидимую точку, он передал письмо Юкико и сказал:
– У нас может возникнуть проблема.
Осенний воздух был наполнен ароматом сосновых иголок, шуршащих под ногами. Смола стекала по стволам деревьев и прилипала к ботинкам и одежде. Когда Стивен подходил к воротам Нюрнбергской тюрьмы, он чувствовал, что подошвы его ботинок с трудом отрываются от асфальта.
– Мистер Толбот, встреча с заключенным. Охранник нашел в списке его имя.
– Сюда, сэр.
Стивен последовал за охранником через стальные ворота, которые образовывали внутренние укрепления. Дневной свет не проникал внутрь.
Стивен долго и напряженно думал об этой поездке. Он и Юкико просчитали все возможные последствия.
– Это риск, – сказал ей Стивен. – Но если мы не сделаем этого, мы никогда не узнаем, почему Курту было так важно встретиться со мной.
– Ему никогда не следовало делать этого, – сурово ответила Юкико. – Теперь власти знают о существовании связи между вами.
Стивен вздрогнул.
– Много людей видело нас вместе в Берлине до войны. Если бы кто-то хотел что-то сделать, то мы бы об этом уже знали.
В тюрьме был постоянный холод. Вода монотонно капала с потолка на древние камни, укрепленные свежим бетоном. Стивена провели в комнату с большим зеркалом, столом и двумя стульями.
Он закрыл глаза и приготовился к встрече.
Вошедший был похож на приведение, это не был Курт Эссенхаймер. У него было изможденное лицо желтоватого цвета, костлявые пальцы с ногтями желтоватого оттенка. Он прошел через комнату стариковской походкой, его рука дрожала, когда он потянулся к спинке стула, чтобы не потерять равновесие.
– Курт…
– Спасибо за то, что пришел, – сказал Курт Эссенхаймер. – Прошло столько времени.
Он сел, положив подбородок на костяшки переплетенных пальцев.
– Рад видеть тебя, Курт.
– Я еще более рад видеть тебя, мой друг.
– Тебя хорошо содержат? Эссенхаймер вздрогнул.
– Ты понимаешь, я не могу ответить. Однообразие всего этого притупляет чувства. Настоящий убийца – это скука. – Он слабо улыбнулся. – Даже больший, чем рак.
Стивен побледнел при упоминании о раке.
– Я не знал, прости. Мне следовало приехать раньше.
Эссенхаймер покачал головой.
– Ты не мог знать. Ты делаешь грандиозные дела, даже учитывая то, что я не часто слышу упоминание твоего имени.
Глаза Стивена сузились. С тех пор, как он обосновался в Гонолулу, Стивен с большой болью воспринимал упоминание своего имени на страницах финансовых журналов и общественных бюллетеней.
Немец повернулся на своем стуле спиной к матовой поверхности зеркала.
– Существует кое-что, что ты должен знать. Еврей Визенталь, объявивший себя охотником за нацистами, задает вопросы.
Стивен почувствовал капельки пота на верхней губе.
– Не о тебе. Он ищет Гарри Тейлора. И, наконец я понимаю, среди тех, кто платит ему, есть и твоя мать.
Мысль Стивена работала, пытаясь восстановить связь.
– Ты можешь сообщить мне что-нибудь еще?
– Мне бы хотелось, мой друг.
Стивен заставило себя задать еще один вопрос.
– Сколько, Курт?
– Несколько месяцев…
Двое мужчин молча посмотрели друг на друга. Они вернулись назад в свои воспоминания к тем дням, когда они были полны надежд и вместе стояли перед одним выбором.
Ключ заскрипел в замке. Курт Эссенхаймер встал, прижав руки по швам.
– Спасибо за то, что пришел, Стивен.
– Прощай, Курт.
Стивен смотрел, как Эссенхаймер поплелся к двери. Охранник взял его под локоть, и он исчез, так и не оглянувшись. Через некоторое время появился второй охранник и проводил Стивена к выходу.
– Как трогательно, – сказал Стивен, покачав головой. – Человек умирает, и единственное, чего он хочет, это встретиться с человеком, с которым он обедал больше десяти лет назад.