Я снимаю яркий материал с первой коробки, внутри оказывается новый комплект одежды. Это женская одежда, выполненная в детском размере. Вырез низкий, я немного беспокоюсь о том, как много груди будет видно, но я восхищаюсь качеством и ощущением от материала. Он мягкий и обшит мехом, я знаю, что в этой одежде будет тепло.
— Она прекрасна, кто это сделал? — спрашиваю я.
Фиона краснеет.
— Я. Именно поэтому твоя вечеринка состоялась позже, чем нам хотелось бы, мне надо было закончить это.
— Меня поражает, что ты можешь сделать такое своими руками, — восхищаюсь я.
— Своими руками она может сделать гораздо больше, чем это, — говорит Санджей.
Все в комнате взрываются смехом, пока Фиона дёргает его за уши. Теперь я немного мудрее, и мои щёки пылают, догадываясь, что он имеет в виду.
Я перебираю подарок за подарком. Делегаты проявили заботу и подарили мне подарки, которые мне нужны, чтобы помочь справиться с холодом. Ботинки, пальто, меховая вещь, которая, видимо, надевается на голову, чтобы согреть её. Одежда для сна, которую я сжимаю с облегчением. «Больше никаких обнажённых визитов среди ночи, спасибо Соул». Они подарили мне игру под названием карты, и жена Малира, Садра, предложила показать пару вариаций игры в них. Я всегда любила игры во дворце. Мы с Оландоном часто играли. Было бы здорово привезти несколько новых игр моему брату. Взамен, я предложила Садре несколько игр, в которые мы играли с Оландоном. Несколько женщин проявили интерес к ним.
После того, как с подарками было покончено, я направилась к еде. Я двинулась к моим излюбленным грушам.
— Ты не можешь
— Я не знаю, что собой представляет другая еда, — честно отвечаю я, хотя уверена, что буду продолжать есть груши, в любом случае.
В Осолисе мы не едим много мяса, а я обнаружила, что основная часть рациона Брум состоит именно из него.
Санджей поднимает взгляд на Романа, его рот — мрачная линия.
— Роман?
Роман берёт бразды правления. Заинтересовавшись его ролью в Осолисе, я вскоре узнала, что он отвечает за продовольственные ресурсы в Гласиуме. Хотя он и не министр. Может быть, он работает на министра продовольствия. Я откладываю эту запутанную мысль на потом.
Он готовит тарелку с набором угощений, размером на один укус. Я пробую их по очереди, собравшиеся смеются, когда мне не нравится еда, и радуются, когда нравится. После всего, мои щёки горят от смеха.
— Больше не надо, — говорю я. — Клянусь, я не могу съесть больше ни кусочка.
— Я был поражен, что ты съела половину из предложенного. Не понимаю, куда всё это влезло, — Роман смеётся и делает большой глоток из своего кубка.
Я заметила, что здесь большинство взрослых пьют ту же субстанцию. Их щёки непрестанно краснели, а движения становились всё более беспорядочными, как у Короля Джована несколько ночей назад. Голоса в комнате стали громкими и крикливыми. Я даже видела, как рука Малира исчезла под юбкой Садры, а раньше он никогда не выражал свою привязанность в обеденном зале.
Фиона и Жаклин сидят рядом со мной, напевая непристойную песню.
Аднан встает на стул, слегка покачиваясь. Я переживаю, что он упадёт, но остальные не кажутся озабоченными, так что я отмахиваюсь от этого.
— За Татуму, — кричит он.
Я смеюсь над громким звуком, который издает Аднан, которого я всегда находила тихоней.
— Она сказала звать её Олиной, дурак, — кричит кто-то сзади.
Аднан несколько раз похлопывает по воздуху.
— Это я и имел в виду. Я хочу с запозданием поздравить Олину с днём рождения! Поднимите свои бокалы.
Я смотрю вокруг, все поднимают свои кубки в воздух.
— У меня ничего нет, — кричу я через шум.
— Дайте женщине выпить! — рычит Малир под смех остальных, даже Рон слегка улыбнулся.
Роман впихивает мне в руку большой стакан с напитком. Несколько капель попадает на мои ботинки.
— О чём это я? — Аднан щурится, раскачиваясь на стуле.
— Чёрт возьми, закончи до ужина, мужчина, — кричит Жаклин.
Я хихикаю над оцепенением Аднана. Его брови расправляются, когда он вспоминает.
— Тост! За Олину. В её день рождения!
Его слова встречают аплодисментами, и все поднимают бокалы. Некоторые делают глоток, другие, как Санджей и Роман, выпивают чаши до дна. Я подношу стакан под вуаль и делаю большой глоток. Мои глаза распахиваются, когда жидкость обжигает горло. Мне с трудом удаётся не выплюнуть её. Я кашляю и хватаю ртом воздух. Брумы находят это уморительным. Комната наполняется смехом, и раздаётся звук открывающейся двери.
Фиона забирает у меня стакан и потирает мне спину. Я сгибаюсь пополам, кладя руки на колени.
— Вени. Что это за штука?
Я сплёвываю на пол.
Я поднимаюсь из согнутого положения и поворачиваюсь к остальным, всё ещё слегка покашливая. В комнате повисла тишина. Фиона нервно хихикает позади меня.
