Мечты о пламени полностью

Джован намеренно недогадлив. Все знают, на кого работает Соул. Он интроверт среди Брум, склонный держаться в тени. С момента моего путешествия с делегатами по Оскале я ломала голову над тем, как Соул проявляет робкое почтение к Блейну. Всё стало понятно, когда я узнала, что Блейн женат на Мэйси.

— Я могу просто выбить из него правду, — говорит он.

Это заманчиво хотя бы потому, что Джован услышит имя Блейна от кого-то, кроме меня.

Я двигаюсь вперёд и хватаю его за руку.

— Полагаю, его контролируют через его сестру, Мэйси, — говорю я, надеясь, что он поймёт.

Растерянность на его лице озадачивает меня. Я не привыкла к тому, что Джовану приходится указывать на детали. Я кручу левое запястье, которое вывихнула, спасая Соула на Подъёме.

Всё сдерживаемое раздражение, которое я испытываю к Джовану из-за его упрямства, грозит вырваться наружу.

— Ты знаешь, что Соул подчиняется Блейну. Блейн угрожает навредить Мэйси, поэтому Соул выполняет его просьбы, — медленно объясняю я.

Он ехидничает.

— Ох, это опять сводится к Блейну, — говорит он.

— Что значить «опять»? — раздражённо спрашиваю я.

Он садится на скамейку, отвечая мне взглядом на взгляд.

— Ты имеешь что-то против него. Он сам говорил со мной об этом, пытаясь предположить, почему.

Я ненавижу то, что Джован говорил обо мне с Блейном, когда он не хочет говорить со мной о подлом предателе. Я ошеломленно смотрю на Джована.

— И ты в это поверил?

Он упрямо сжимает челюсть и опускает руки на колени в своей любимой позе. Я открываю рот, чтобы рассказать о Санджее и Алзоне, о Хейле и Ашоне или о том, что я видела от лица Мороз. Он перебивает меня.

— Я бы попросил тебя прекратить попытки настроить мой народ против него, — коротко говорит он. — Он не предатель. Он один из самых высокопоставленных Брум в моей ассамблее. Мой отец доверял ему как брату! Он сажал меня к себе на колени, когда я был маленьким мальчиком, — он тяжело дышит, проводя рукой по волосам. — Кроме того, — говорит он, — я расспрашивал Мэйси. Она понятия не имела, о чём я говорю, и, похоже, не лгала. Ты, должно быть, ошиблась насчёт того, что Блейн бьёт её.

У меня отваливается челюсть.

— Она сказала, что он не избивает её?

Новость потрясает меня. Я знаю, что она лжёт, но зачем ей это делать?

Джован встает, возвышаясь надо мной. Он даже не пытается запугать меня этим поступком. Тогда-то я поняла. Мэйси боится мужчин и, зная, как Блейн важен для Джована, она, вероятно, побоялась сказать правду.

— Она слишком напугана, чтобы сказать тебе, — говорю я.

Я вижу вспышку гнева в глазах Джована, когда он созерцает меня.

— Ты говоришь, что одна из моих подданных слишком напугана, чтобы сказать мне, что над ней издеваются?

Мой собственный гнев поднимается и присоединяется к его. Дело не в Мэйси, Блейне или Соуле. Мы оба злимся из-за того, что произошло раньше. Мне больно, что он видит во мне только решение для нарушенных соглашений. Это внезапно кажется идеальным выходом.

— Это так удивительно? Ты даже не знал, кто она, пока я не указала на неё, — говорю я, делая шаг к нему. — Ты слышишь то, что хочешь слышать. У меня есть другое доказательство, Джован. Настоящее письменное доказательство. У меня есть свидетели, с которыми Блейн заключал сделки. Свидетели, которые могут доказать, что он убийца и предатель, — я едва делаю паузу для вдоха. — Я видела его во Внешних Кольцах, когда он был изгнан в Шестой Сектор. Он шутил с человеком, который теперь помогает ему с восстанием Внешних Колец. Почему ты не слушаешь меня, Джован?

Так больно от того, что он не верит мне.

Он дрожит от сдерживаемой ярости. Он видит правду?

— Ты думаешь, что после нескольких секторов, проведённых здесь, ты знаешь моих людей лучше, чем я сам? Сколько раз мне нужно сказать тебе, что Брумы не похожи на Солати? В нашей культуре есть честь, верность и доверие, — заявляет он.

Я задыхаюсь от его слов.

— Блейн был рядом со мной, когда никого другого не было, — ревёт он. — Каждый раз, когда я смотрю на него, я вижу друга моего отца. Ты хочешь, чтобы я убил последнее напоминание о моём отце? Вы, Солати, ничего не знаете о верности. Мне не следует удивляться, что ты подталкиваешь меня к этому. Подлость всегда берёт начало в сердце вашего двора, так почему ты вообще думаешь, что за восстанием может стоять кто-то за пределами этого замка?

Он, правда, собирается игнорировать всё, что я только, что сказала ему?

— Ты слеп к тому, что происходит вокруг тебя! — кричу я. — И это всё потому, что этот дурной человек катал тебя на своих чёртовых коленях?

Я хватаю его чуть выше локтей и трясу. Это не оказывает особого эффекта.

— Открой глаза, Джован. Он крадёт королевство из-под твоей упрямой брумовской задницы!

Я сглатываю, глядя прямо ему в глаза. Ярость исходит от него, поднимается от него, как пар.

— Пожалуйста, просто остановись и послушай меня. Поговори с моими свидетелями. Снова спроси Мэйси или Льда, или Санджея, но, пожалуйста, не сиди здесь и не позволяй ему так поступать с тобой!

Он наклоняется, приближая своё лицо к моему.