С Владленом нас связывает многолетняя дружба. Когда я после школы пыталась найти работу, он первый раз появился в моей жизни. Литовский, тогда только начинающий бизнесмен, пришел к моему крестному занимать приличную сумму денег. Парнем Влад был дельным. Это слова крестного. И дядя Рома согласился оказать эту услугу, но с условием: Владлен берет меня на работу с гибким графиком. Я тогда только поступала в ВУЗ и искала себе непыльное местечко под солнцем, но крестный решил по-своему. Так мы и встретились. Особым желание сотрудничать никто из нас не горел, но делать было нечего. Надо, значит надо. Влад на данный момент владелец одного из самых покупаемых глянцевых журналов, а по совместительству еще и главный редактор. Официально, конечно, журнал принадлежит дяде Роме, но Литовский скоро его полностью выкупит.
- Твоя Лизка - дура безмозглая, - покачала я головой.
- Ник, - строго сказал Владлен.
- Молчу-молчу, - засмеялась, поднимая ладони вверх.
Как ни странно, но меня действительно зовут Ника. Богиня правосудия. Родители когда-то слишком увлеклись, выбирая имя для дочери. Но уже ничего не сделаешь. Конечно, можно пойти и поменять паспорт. Только смысл? Да и привыкла уже.
- Давай сегодня закажем пиццу, пива и посидим, как в старые добрые времена? - перекрестив руки на моем столе и положив на них свою голову, Влад следил, как мои пальцы порхают по клавиатуре.
- Конец месяца скоро, а у нас еще прошлые косяки не подчищены, - оторвалась я на секунду от экрана. - Литовский, если тебе негде нынче переночевать, то так и скажи.
- Негде, - согласился. - Я у Лизки ключи забыл забрать, а она должна сегодня заявиться.
- Ну ты и…
- Попрошу без оскорблений, - вскинул голову Владлен. - Я и без тебя знаю, что поступил глупо.
- Вот и умница, раз знаешь, - ласково погладила по мягким волосам, чуть растрепав стильную укладку. - А теперь сиди тихонько и старайся дышать через раз.
- А это как? - хитро спросил.
- Молча, - отрезала все дальнейшие расспросы.
- Ник, - позвал меня Литовский через час. Все это время он усиленно пытался во мне что-то разглядеть. - Ты же младше меня на пять лет.
- Семь, - поправила, не отрываясь от работы.
- Тем более. Неужели тебе никогда не хотелось в себе что-то изменить?
- Влад, - не выдержав, я откинулась на спинку своего кресла. - Вот что ты сейчас пытаешься мне доказать? Что я, молодая девушка, хороню себя в бабушкиных очках и безликих одеждах? Так присмотрись внимательнее, очки из последней коллекции, а шмотки из модных бутиков.
- Нет, Ник, я не про это. Может тряпки и фирменные, но ты совершенно не умеешь их подбирать, - в этот момент он смотрел на меня, как на особый вид сыпи. Вроде бы тебя не касается, а все равно противно. - Тебе только двадцать три, а ты уже зашиваешься на работе. Я не буду говорить, что ты красивая девчонка и не знаешь, чего хочешь от жизни. Спрошу кое-что другое. Ник, у тебя мечта есть? О чем ты грезишь, сидя в пыльном кабинете, замурованная от реального мира, в собственной крепости, что стоит вот тут, - он протянул ко мне правую руку и дотронулся указательным пальцем до лба.
- Я мечтаю о сахарном королевстве, - усмехнулась, смотря, как вытягивается лицо мужчины. - А о чем мечтаешь ты?
- В данную минуту о бригаде санитаров, - рассмеялся Владлен.
- Очень смешно.
2.
Знаете, я как та девочка метаморф. Живу на две жизни. Вы, наверное, уже читали кучу романов на тему ночных преображений днем совершенно безликих героев. Тогда не буду вас утомлять неинтересными подробностями. Только вот моя метаморфоза не делает меня в один момент супермоделью с осиной талией и грудью третьего размера. Нет, я совершенно обыкновенная девушка с достаточно смазливым лицом, чтобы словить пару тройку восхищенных взглядов, но не более. И хотя косметика сейчас творит немыслимые перемены с самыми заурядными девушками, мне этого не надо. Может я и дурная, но считаю, что, прежде всего, девушка должна нравиться самой себе. А размалеванной куклой я себе никогда не нравилась, так что боевую раскраску чингачгуков оставлю для таких как Наташка. А моя мешковатая одежда и очки стали когда-то своеобразным протестом родителям, которые спустя годы вспомнили обо мне и начали кроить на свойманер. Тогда-то дядя Рома мне сильно помог, поддержав и отстояв непутевую крестницу, и работа в фирме Владлена пришлась очень кстати. С тех пор маскировочный комбинезон (слова крестного) въелся в меня намертво. А дома можно натянуть любимые шортики и короткую майку. Но вот интересно, когда же моя дневная одежда стала частью меня самой? Ладно, сейчас не это должно меня волновать. На носу юбилейный номер, а у нас даже стоящей идеи нет. Хотя, что-то там сегодня Натка про Емпольского щебетала. Мировая звезда? А почему бы и нет. Сделав себе чашку кофе, я пошла на балкон. Там стоял шикарный топчан, который верно служит моему мягкому месту уже несколько лет.
- Влад, - на часах три ночи, но он поднял трубку после второго гудка.
- Да, Ник, - ответил Литовский. Голос хриплый, наверное, опять скурил полпачки сигарет за несколько часов.
