— Давай кушать с нами — пробасил Леший. — А то я ща всё съем. Мы с Фомой вторые сутки не кормлены как, так что, не зевай паря.
Меня уговаривать не пришлось, я накидал себе в тарелку макарон, направился к столу.
Конфуз случился как всегда, неожиданно.
Мой нос уловил вкусный запах, исходящий из тарелки и желудок тут же на это отреагировал утробным урчанием.
Мне то что, я то привык, а вот рейдеры отреагировали не однозначно.
Фома поперхнулся. Кашлянув, резко развернулся в мою сторону держа вилку на изготовку, как оружие.
А Леший молниеносно, не смотря на его габариты, как-то очень пластично перетёк из сидяче жующего положения, в стояще вооружённое. Где, когда и как он взял автомат, для меня было загадкой. Дар наверно, забыл как называется.
Я остановился на пол шаге, замер, как статуя с тарелкой в руках. Желудок предательски заурчал снова, да так, что я аж сам вздрогнул.
В эту секунду мне показалось, что Леший сейчас выстрелит, а синеющий Фома швырнёт вилку прямо в глаз, я аж почувствовал это физически.
Арман зашёл вовремя.
— Вы чего?! — замер он, ошарашено глядя на нашу экспозицию.
— Желудок. — сказал я, скосив глаза в сторону своего урчащего органа. — Желудок это, урчит.
Я перевёл взгляд с ничего не понимающего Армана на изумлённых мужиков.
Напряжение начало спадать. Страшный взгляд Лешего сменился на обычный, добрый, лицо расслабилось. Он опустил автомат на пол, садясь обратно к столу.
Бедный Фома продолжил кашлять, бросил вилку на стол.
Я поставил тарелку и пошёл налить кружку воды, протянул её поперхнувшемуся. Тот не отказался, судорожно глотая осушил до дна.
— Чего у вас тут произошло? — спросил взволнованный, так ничего и не понявший Арман, присаживаясь на табуретку.
— А вона у него, — Леший тыкнул в меня массивным пальцем — брюхо, словно мертвяк урчит, а я с дуру за автомат. Не знал же. Ты это, Док, зла не держи. — перевёл взгляд на красного фому, утирающего слезы от кашля.
— Фома ты живой, штаны сухие? — хохотнул здоровяк.
— Да ну вас! А если бы я кинул её — Фома наградил несчастную вилку незаслуженным щелбаном, та слетела со стола.
— Не шали — Леший погрозил пальцем Фоме.
— Ну подумаешь, новый глаз бы себе отрастил, или закапали бы за домом, дел то. — я улыбнулся садясь за стол.
И тут мой желудок вновь дал о себе знать. Арман подскочил на табуретке, ошарашено таращась то на меня, то на ребят, а те заржали, как кони, еирихонские.
Я виновато пожал плечами.
— Вот это подарочек так подарочек, любит тебя Стикс, сразу видно. — Арман был не на шутку озадачен.
— Приедем, я тебя к знахарю отведу. Первый раз такой дар встречаю, даже не слышал о подобном. Так же и упокоиться раньше времени не долго.
— Не дар это. Физиология организма. Я с детства такой. Бабки соседки говорили, что у меня в утробе бес сидит. — улыбнулся я, вспомнив забавный случай на эту тему, когда мы с Пашкой прятались в кустах, от его матери, из за стыренной миски с пирожками.
— Пашка миску держал — рассказывал я,
— а от неё так пахло вкусно, что мой желудок запел на все лады. Вот тогда бабки так всполошились, которые рядом на лавке сидели, что потом корвалолом отпаивались. С тех пор и говорили про демона в моей утробе.
Мужики ржали как оглашенные, особенно Леший, аж до слез.
— А чего раньше я твой желудок не слышал, мы же не один раз ели вместе? — спросил отсмеявшийся Арман.
— А фиг его знает, он у меня независимая республика, когда хочу тогда урчу. — развёл я руками.
Алиска проснулась только вечером. Открыла маленькие глазки, посмотрела на нас и лизнула шершавым языком свой сухой раненый нос. Мы все столпились вокруг неё, словно четыре идиота. Всем хотелось что-то сделать, но никто не знал что.
— Раствор гороха — прошептал Арман над моим ухом.
И все тут же засуетились, кто за миской кто разводить горох.
Я взял шприц без иглы, набрал пять кубов, осторожно стал её поить.
— Все девочка, пока хватит, чуть позже ещё дам.
— А может её покормить?
— А может ей воды?
— А может…
— Ничего пока нельзя, у неё кишечник шитый. Только завтра воды, потом на бульонах пару дней.
— Глянь как она смотрит, видать полегче стало — обратил внимание Фома.
Я пощупал нос
— Сухой, но не горячий, это хорошо, идём на поправку. — обрадовал я ребят.
С Лешим сдружились как то сразу. Остаться с этим человеком в нейтралитете было просто не возможно, такой доброты и позитива я ещё не в ком не встречал.
А вот с Фомой общение не клеилось.
Он всё больше сидел сычом на диване и педантично вылизывал всё своё оружие, изредко поглядывая на меня, думая, что я не замечаю.
Банные процедуры они уже провели. В новые шмотки, прихваченные Арманом, переоделись.
Даже на Лешего с его икс икс икс… эль размером нашёлся полный комплект и не один.
Оказывается мой заботливый друг, увидев вещи схожие по размеру с чехлом на танк, тут же вспомнил о своём товарище и забрал всё, что только смог нарыть.
Леший обрадовался обнове словно ребёнок новогоднему подарку. Так то он на заказ, обычно, вещи покупает, перешитые и на переодеться, сейчас явно не рассчитывал.
Так что, теперь мы сидели спокойно и беседовали на тему завтрашнего дня и обитателей этого мира.
