Муха — так звали того парня с белой паутиной и даже Батон терялся в догадках, о том, что это и какие последствия оно принесёт. Паутину он не видел, но за то видел другие изменения, которые не видел я. Всё это сильно его беспокоило и он поместил пациента в закрытый укреплённый бокс, установив круглосуточное наблюдение. Внешность парня не менялась, за исключением цвета кожи. На третьи сутки после спасения, он весь стал антрацитово чёрным.
К моим тренировкам с ребятами, прибавились ещё и тренировки с Валдаем. Он меня натаскивал по дару «призрак»
Занятия с Батоном тоже были почти ежедневными. Приходилось пару часов проводить в клинике, изучая дары «знахарь» и «хилер»
Так же мне сделали пропуск в «зверинец». Там содержат мутантов для изучения.
Изначально, я просто бродил по коридору, вдоль камер, слушая, о чём они говорят. Речь простая, односложная, в основном озвучивают очевидное. перебрасываются скупыми фразами. Девяносто процентов разговора о еде.
Выглядит это примерно так.
Я только появляюсь на пороге и начинается:
— Еда! — первый от меня мутант.
— Еда! — Второй мутант
— Запах! Еда! — третий мутант
— Запах! Еда! Где еда?! — четвёртый, самый крайний мутант, который меня ещё не видит.
Оказывается у них очень хороший нюх.
— Убить! Есть! — первый
— Еда! Убить! — второй
— Убить! Вкусно! Мясо! Еда! — третий
— Запах! Вкусно! Еда! Мясо! Где мясо?! — четвёртый.
Вот такой галдёж они устраивали, урча на все лады из своих камер.
Несколько дней я не решался с ними заговорить. Не знал просто, поймут ли они обычную мою речь, или мне надо как то приноровиться урчать. В один прекрасный день, всё таки решился.
Подойдя к камере, уставился на спидера и минут пять выслушивал стенания о том какой я вкусный и что он так хочет есть, не выдержав я крикнул ему:
— Заткнись! Есть хочешь? Хорошо, я дам тебе еду. Подожди. Сходил к охранникам, попросил пару кусков мяса, для эксперимента. Те мясо принесли и остались наблюдать за происходящим.
Подцепив шмат специальным крюком на длинной палке, я приподнял его над смотровым окошком.
Все мутанты тут же пришли в повышенную активность и заурчали пуще прежнего.
Мой подопытный затопотал, засуетился, пытаясь выдавить металлическую дверь. Совал пальцы в решётку, в смотровом окошке, пытался грызть прутья и вопил во всю глотку о еде.
— Успокойся! Стой! Видишь, еда, я дам её тебе, если ты перестанешь грызть дверь!
Но мутант меня будто не слышал.
— Хорошо, тогда я ухожу. — и перешёл с этими словами к следующей камере.
И там меня ждал провал. Этот мутант тоже не собирался меня слышать. Или они действительно не понимают мою речь. Будет обидно, если так. Я всё же надеялся на общение.
Перейдя к четвёртой камере, я повторил всё то же самое и не дождавшись результата, развернулся уходить, в расстроенных чувствах полного облома.
— Стою! Еда! Дай! Стою! Дай! Мясо! Мясо! Стой, мясо!
Я не поверил собственным ушам! На радостях, готов был даже расцеловать умника!
— Умник… а почему бы и нет. Будешь теперь ты Умник! — и сунул вожделенный кусок мяса в отсек для кормления.
С тех пор, вот уже неделю, мы ведём беседы. Однажды, он мне даже пожаловался на то, что ему делали очень больно. Пришлось идти к начальству, просить именно этого мутанта в личное пользование, с целью развития моего дара. Умника мне отдали, но с условием, что я буду оплачивать его проживание и кормление. Теперь он там вроде как в гостинице.
— Привет Умник. — зашёл я к своему «тренажёру» сообщить радостную новость.
— Привет человек. Мясо? Умник хочет есть. Гоолод…
— Конечно принёс. Держи. — присел к отсеку, выкладывая в выдвижной поддон куски оттаявшего мяса, замороженной свинины.
— Знаешь, у меня хорошие новости. Теперь тебе больше не будут делать больно. Тебя теперь вообще больше трогать не будут. Только кормить и убирать.
Умник перестал жевать, поднял слегка испачканную морду.
Иной — враг. Человек — еда. Зачем?
— Не знаю Умник. Может потому, что я привязался к тебе и не хочу, что бы тебя обижали. Наверно, я считаю что ты мой друг. Ну, или что-то вроде того. По этому и защищаю, не даю обижать другим людям.
— Иной и человек, нет. Еда. Враг. Убить. Убить и есть. — продолжил трапезу.
Я вздохнул.
— Да, наверно ты прав. Человек и иной никогда не смогут дружить…
— Мясо? Ещё принёс? — доев последний кусок, пихнул корявой когтистой рукой лоток в обратном направлении.
— Ещё один пакет, больше нету. Ты лопнешь скоро, деточка. — усмехнулся я, выкладывая очередную порцию.
— Расти! Много! Много есть! Сильный! Старший иной, обижать младший. Есть младший. Умник слабый, младший Старший сильный. Есть много. Умник старший. Умник и Док друг.
— Что ты сказал? — от неожиданности услышанного, я выронил кусок мяса на пол.
Встал, заглянут в смотровое окошко.
— Чего ты сказал? Умник и Дог друг? Ты же меня схарчишь, при первой возможности. — я усмехнулся.
— Друг. Друг не еда. Человек — еда. Друг не еда. Док друг. Док не еда. Мясо дай. — указал корявой лапой на отсек приёма пищи.
Вот те, на те… ещё одним другом обзавёлся…
