Саша тем временем торопливо вернулся в капсулу и продолжил путь. Двое остались у кромки леса, пошёл снег, холод пробирался под одежду. Антон сделал несколько шагов к Ксю и обнял её, согревая своим теплом, своим дыханием. Со стороны они были похожи на влюблённую парочку, двое, нежно прижимавшиеся друг к другу. Посреди непогоды, одни на многие километры, они так и стояли, открытые всем ветрам, и ждали возвращения в тёплую квартиру в самом центре сумасшедшего мира. Его было бы так легко любить, если бы не Данко.
Сердце кольнуло чем-то острым. Вернулась боль от осознания, что её благородный поступок привёл к таким ужасным последствиям. На глаза навернулись предательские слёзы и, услышав лёгкий шум от приближающейся капсулы, Ксю отошла от Антона в ожидании возвращения Саши.
Капсула остановилась, практически сразу открываясь, и из неё вырвался рассвирепевший Данко. Найдя глазами Ксю, он бегом бросился к ней. Сердце девушки пропустило удар.
Спустя долю секунды сильные руки обвились вокруг неё и с силой прижали к большому телу. Девушка несмело открыла глаза. Данко обнимал её с остервенением, прижимаясь носом к макушке, поглаживая спину, целуя в висок. Он что-то шептал, тихо обвинял в неосторожности, что подвергла свою жизнь опасности, чуть слышно рассказывал, как чуть не сошёл с ума, увидев её ранения. Это он велел срочно везти девушку к людям для излечения, даже ни минуты не сомневаясь в правильности своего решения. И так боялся больше никогда её не увидеть.
— Поехали в лагерь, там все ждут девушку, которая самоотверженно бросилась спасать ребёнка. Его родители обещали, что сделают всё, о чём ты попросишь. — Данко смотрел на Ксению, не отрываясь. — Если вернёшься, я сделаю всё, о чём ты попросишь. — Тихо добавил мужчина.
Четыре фигуры не спеша двигались к капсуле. Снег засыпал их следы. И это было символично, они уходили от прошлой жизни. Теперь борьба с этим миром станет их целью, но главное, что сердце трепетно стучало в груди, ведь единственное, что движет миром — любовь. И ЧИРы спустя многие годы гонений и унижений заслуживают шанса жить нормальной жизнью. Ксю поглядывала на идущего рядом с ней Данко, на шагающего впереди Сашу, на Антона, шутливо толкающего друга в бок, они заслуживают право быть счастливыми.
Капсула остановилась у самого лагеря, её парни выпрыгнули первыми и побежали готовить палатку к возвращению жильцов. Со стороны они были похожи на щенков лабрадора. Гибкие, поджарые, красивые, неслись между кострами, толкаясь. Антон вырвался вперёд за счёт манёвра, он подрезал Сашу, когда они оббегали очередное кострище. Его смех разносился далеко за пределы безопасной территории, но, похоже, никого это не волновало. Их можно было принять за братьев-близнецов, наблюдая за которыми легко было забыть обо всём на свете.
И тут Ксения поняла, что почти никто из жителей лагеря не обращает внимания на её мальчиков, все они смотрят на неё саму. Как только девушка встретилась глазами с одной из стоявших неподалёку женщин, та с всхлипыванием бросилась навстречу. Ксю была мгновенно заключена в крепкие объятия благодарной матери, которая, не переставая, рассказывала ей о себе, о своём спасённом сыне, о муже, об их жизни. Обе не могли сдержать слёз, а окружающие всё смыкали вокруг них кольцо, периодически похлопывая одну из них по плечу или говоря добрые слова. Данко всё время, пока длились обнимашки, стоял неподалёку и с улыбкой наблюдал за раскрасневшейся Ксенией.
Сразу после первых эмоциональных проявлений организовали общий обед. Расселись вокруг самого большого костра, достали импровизированные шашлыки, разговоры не смолкали. Каждому было интересно узнать что-то из жизни Ксю, интересовались её прошлым, в ответ делились своими историями. Одна из девушек, сидящая рядом с ЧИРом в оранжевом свитере, всё время вытирающая слезы, сбегающие по щекам, рассказала, что она почти два года живёт в этом мире, а кроме своего спутника почти ни с кем не общалась. И тут же её поддержали ещё пара девушек, так же не первый год живущие здесь, но до сих пор не нашедшие друзей. Все истосковались по душевному теплу.
