Первым же делом хотелось отпираться и заверять, что он не понимает, о чём ему говорят, прикидываясь идиотом. Бобби был готов хранить секреты своего наёмничества даже под пытками, не ради сохранности клиентов, а из принципа и чести вольного брата. Если он за что-то брался, то делал это качественно и наверняка. Раньше. Пока не погубил последний заказ, отказавшись дожимать жертву, соблазнившись девчонкой, которая по общепринятым стандартам и на соблазнительницу-то не тянула. Но Чживон захотел её, как никакую раньше, он впервые почувствовал что-то к женскому полу не только в половых органах, но и сердце. И теперь он никакой не вольный брат, не бандит, не исполнитель, да и не жилец, по большему счёту. Что с ним будет, когда он выйдет отсюда? Как быстро его обнаружат синьцзянцы, если нашёл этот Ю Ёндже? Считают ли его всё ещё мёртвым в криминальных кругах? Если на кого и надеяться при выходе отсюда, то на Джиёна и драконов, он присоединится к ним и защитит свою потрёпанную шкуру, станет плечом к плечу с братом, но, судя по всему, чтобы отсюда выйти, надо сдать Джиёна, как похитителя Элии. А вот предательство этого клиента отрежет ему напрочь все пути к счастливой жизни.
Но доктор Ю, или биохимик Ю, как он сам себя назвал, определённо владел информацией, какая позволяла утверждать, что Элия была уведена им, Чживоном, и отпираться глупо. Ему не поверят, что ясно читалось за стёклами очков Ёндже, в его хитрых и образованных глазах. Бобби попросил пару часов на раздумья, прежде чем ответить, и мужчина благосклонно даровал их ему. Когда белый халат исчез за дверью, в палату вошла медсестра с подносом, и принесла еду. Окон в комнате не было, поэтому Чживон не мог сказать, завтрак это, обед или ужин. Надо было спросить время хотя бы, но он подумал об этом уже тогда, когда остался один. Раздумья ни к чему не вели. Попытаться вырваться отсюда и убежать? Он понятия не имел, что за дверью, где находится клиника, в которой его подлатали. Может это бункер под землёй? Парень посмотрел на трубки системы инфузии, по которым что-то ещё вливалось ему через шею в кровь. Ушедший господин Ю сообщил, что ещё несколько дней нужна будет терапия иммуномодуляторами и гормонами, чтобы рука окончательно оклемалась и не было рецидива по отторжению новых клеток. То есть, рвать отсюда копыта не вариант, а то, чего доброго, он где-нибудь развалится, не долеченный. Бобби тяжело сомкнул веки, откинувшись на подушку. Что же делать, что?! Он с полным отчаянием и убеждением мчался на мотоцикле, не собираясь остаться живым, он был настроен на смерть, но БиАй с Дохи спасли его, не дали умереть. Он размечтался о втором шансе, но выяснилось, что руке конец, а без неё снова не хотелось жить. Бобби смирился с загробным миром дважды, но вот он жив и выздоравливает, и опять эти надежды, мечты… Откуда? Зачем? Ничего, кроме безысходности не ждёт его там, в мире, от которого он пока ограждён ролью пациента. Что ему останется, отверженному Утёсом, сдавшему Дракона, нарушившему приказ Дзи-си? Штаты или Европа? Эти и там найдут. Под чьим крылом искать защиты? Якудза Ямашиты? Они выдадут драконам. Синеозёрные? Выдадут в Синьцзян. Терракотовое воинство? Как вариант… смешаться с толпой, не высовываться, служить могиле Хуанди, никогда не покидать границ Шэньси. Бобби почувствовал, как задыхается от одной этой мысли. Ни шагу дальше четко обозначенных границ — это то, чего он всегда избегал и опасался, он ненавидит рамки, он потерял почти всё, борясь за свободу, а если потеряет её, то это и будет самая верная смерть. Податься в Шаньси? Черин его примет, но… одного. Без Дохи. Никогда ему не удастся свить уютное гнёздышко с другой под носом у Расточающей милосердие. Или она не настолько к нему привязана и сможет сделать уступку? Впрочем, Черин не главная в Шаньси, придётся просить генеральш о крыше.
Бобби перебирал дальше все более-менее могущественные кланы Азии, какие знал и мог вспомнить. Белый лотос? Жуткие фанатики, они промоют мозг и сделают из него долбанутого сектанта. Пятизвёздные? Эти тоже ратуют за добродетельность. Гонконгская триада? Опять же, слишком тесно. Ничего ему не подходит, ничего! Не упасть же до уровня Шаолиня? Да и те продажные твари, сдадут его, как нечего делать. А, может, Чживон о себе слишком хорошо думает? Вдруг он никому не нужен и никто за ним не охотится? Пока. Да, но разболтай тайну Дракона — он не простит.
Чуть позже опять появился Ёндже и дал Бобби телефон, разрешив позвонить своему другу Ханбину, и сообщить о своём состоянии. Вежливо оставив молодого человека с мобильным наедине, Ёндже вышел, но Чживон не сомневался, что тут где-нибудь есть прослушка. Возможно в самом телефоне. Но БиАю ему требовалось позвонить, чтобы выяснить всё необходимое для окончательного решения. Набрав номер на память, Бобби поднёс трубку к уху. Подняли быстро.
