Инга тактично промолчала и погладила пушистую Ангару, а Арина посмотрела на следующую фотокарточку: на ней стояли те же трое ребят и явно замышляли какое-то дело. Артур на фотографии выглядел главным заводилой. Может, потому что был чуть выше всех, а может в силу врожденного лидерства.
– Артур говорил, что у него бабушка жила где-то в Беларуси, под Витебском. Смотри, какой сосновый лес у них за спиной. Там, наверное, очень живописно.
– Мы пару лет назад ездили по озерам Витебщины. Все озера региона мы, конечно, не осилили, потому что Захар говорил, что их точно больше двух с половиной тысяч, но те несколько, на которых останавливались – потрясающие. Только места бронировать надо заранее. А еще мы съездили там в национальный парк и посмотрели самый большой в Европе массив ледниковых озер и верховых болот. Уникальные места, и сколько легенд красивых. Мы вообще любим путешествовать.
– Это я поняла уже, – Арина перевернула страницу альбома и посмотрела на снимок большой дружной семьи, собравшейся за столом с белой скатертью под яблоней. На переднем плане были двое мальчишек, в которых легко было узнать Артура и Захара. Арина также сразу узнала этот дом с гнездом аистов прямо на крыше из рассказов Артура. Он много говорил о бабушке, которая верила, что аист на крыше – к счастью, и о дедушке, который специально закрепил на крыше дома старое колесо от телеги и немного подсказал аистам, в какой дом это счастье нести. Артур говорил и о таких вечерах, когда вся их большая семья собиралась на лужайке за домом под яблонькой. Сколько искренности и любви в этих застывших на черно-белых снимках моментах. Ускользающий мир чужого счастья.
Все-таки они с Артуром очень отличаются, он рос в счастливой семье, и у него было классное детство. Она подумала, как это, наверное, здорово: спешить утром к друзьям, идти в настоящий лес вдоль заросшего камышами и тростником озера, находить старые землянки и устраивать там штаб или госпиталь, рисовать карты и выслеживать невидимого врага, а потом бежать домой, где бабушка уже приготовила обед и, предчувствуя вкус еды по разливающимся в комнате ароматам, быстро мыть руки и садиться за стол, чтобы потом снова спешить к друзьям. Это не тоже самое, что переключать каналы телевизора в крошечной комнате общежития, в ожидании мамы с работы. И не тоже самое, что сидеть за компьютерными играми в комнате пусть и большой роскошной квартиры в центре Москвы, как делает ее Ева. Арина снова перевернула страницу.
Фотографий было много. Там был Захар и его семья, временами – Артур, были совместные посиделки их семей. Арина внимательно посмотрела на очередной снимок и вдруг почувствовала, как мурашки пошли по телу. Она перелистнула несколько страниц назад и стала заново пересматривать фотографии. Арина заметила, что Инга почувствовала возникшее в комнате напряжение и застывший в глазах немой вопрос, и пересела поближе к подруге. Теперь они уже вместе заново листали новый альбом со старыми снимками. Наконец, Арина повернулась к Инге:
– У них что-то произошло там. Что-то, о чем никто не хочет говорить. И неспроста эти снимки много лет пролежали в коробках у сестры. Посмотри, как изменилось выражение глаз обоих мальчиков, да они словно стали совсем другими людьми. Посмотри!
– И к тому же на первых снимках они всегда втроем, а потом – везде вдвоем. – тихо добавила Инга, – Что же случилось в их детстве?
Артур только закончил тренировку, и тело приятно разогрелось. Самое утро, а он уже освободился. Многолетняя привычка вставать в шесть утра, завтракать и сразу ехать на тренировку никогда не давала осечек – будильник ему не требовался уже много лет. Дни недели были расписаны и понятный ритм жизни менялся только на период сборов и чемпионатов.
По понедельникам – комплексная тренировка и совершенствование техники стрельбы. И, хотя, он стабильно закрывал выстрелами все пять мишеней, часто оставался недоволен скоростью исполнения. Правда, несмотря на собственное недовольство, угнаться за ним по-прежнему могли немногие. По вторникам Артур работал над скоростью стрельбы, оттачивая мастерство и доводя его до совершенства, чтобы потом показать своим воспитанникам все на личном примере. По средам он становился на лыжи в зимний период или на лыжероллеры летом. Он не раз повторял, что настоящий прогресс в лыжах начинается тогда, когда ты начинаешь спокойно думать во время гонки, менять лыжные ходы, а не переть со всей дури в гору. Сегодня как раз была среда, и хотя он был не дома, а в Москве, благодаря тому что дружил со многими коллегами еще с тех пор, когда тренировался и выступал сам, получил неограниченный доступ к тренировочному комплексу биатлонистов в этом городе.
