И только когда внутри вспыхнул огонь, Кальхаун поднял свой корабль и полетел за горизонт.
Он еще раз опустился на Дели на несколько сотен километров дальше от места первой посадки. И лишь здесь Кальхаун почувствовал, как безмерно устал. Он приказал Элне и Робу выйти из корабля.
— Никто не должен покидать Дели, кроме меня, — сказал он вежливо. — Поэтому вам придется сойти. Через неделю, максимум две, сюда прилетит корабль-больница. Вы собираетесь пожениться?
Роб сказал с чувством собственного достоинства:
— Если болезнь будет побеждена и мы сможем жить там, где хотим, тогда
— да, но я не хотел бы создавать семью для того, чтобы наши дети, вынужденные все время жить в изоляции, постепенно становились дикарями.
— С больничным кораблем я пришлю вам свадебный подарок, — пообещал Кальхаун. — Вы мне очень помогли! Спасибо!
Он закрыл шлюзовую камеру и посмотрел на датчики приборов. Резервуары для воздуха были пусты. Кальхаун использовал его, когда выдувал сернокислый газ через пробоину в обшивке корпуса корабля. Он снова накачал резервуары воздухом, и это был воздух Дели. Тем, кто заражался «болезнью Дели», достаточно было дышать воздухом планеты, чтобы выздороветь. Медслужбе придется принять меры, чтобы у него не произошел рецидив болезни, когда он вернется на родную планету, и чтобы от него не заразились другие. Для врачей это будет вполне выполнимая задача. Специалистам Главного управления приходилось решать гораздо более трудные проблемы.
Кальхаун заделал пробоину в обшивке корпуса быстро затвердевающим герметиком и опечатал отсек, где была пробита стена. Он вернулся в отсек управления и включил ракетные двигатели. «Эскулап-20» взмыл вверх.
Часом позже он почувствовал, что окончательно выдохся. Он задал курс кораблю, нацелив его на далекое созвездие, которое было родным домом. С удвоенным вниманием, понимая, что очень устал, он проверил все расчеты и программу. Затем сказал:
— Начинаем прыжок, Мургатройд. Пять, четыре, три, два, один.
Вновь неизбежные головокружение, тошнота и ощущение падения вниз по сужающейся спирали. Корабль вошел в гиперпространство. На корабле было тихо, только как будто издалека доносились тихие, едва различимые звуки и шумы, создающие психологический комфорт и иллюзию неслышного присутствия других людей.
Кальхаун зевнул.
— Мургатройд?
«Чи-чи! — отозвался Мургатройд звонко. — Чи?»
— Принимай команду, — сказал Кальхаун. — В случае чрезвычайных обстоятельств действуй по обстановке. Я ложусь спать!
Так он и сделал.
«При любых обстоятельствах вероятность неблагоприятных последствий всегда больше нуля. Но эта вероятность возрастает многократно, если увеличивается продолжительность действий или поступков. Эффект морального контроля может быть представлен как математически описанное количество, процент, на который сокращается число вероятных неблагоприятных случайностей.
Разумеется, назвать этот процесс можно по-разному — разумным использованием вероятности или просто благочестием. В любом случае, этот метод сделать неблагоприятные последствия поступка менее вероятными. Поступки, определенные как преступления, математически оправданы быть не могут. Например…»
Кэлхаун лежал на койке и читал книгу Фитцжеральда «Вероятность и поведение человека». Его кораблик, принадлежавший Медицинской Службе, парил в гиперпространственном режиме, иначе называемом овердрайвом. Этот режим позволял перемещаться со сверхсветовой скоростью. Во время полета в овердрайве делать совершенно нечего, кроме как убивать время. Друг и помощник Кэлхауна, тормал по имени Мургатройд, свернувшись клубком, спал в углу кабины, тщательно прикрыл нос хвостом. В тишине кабины то и дело раздавались какие-то щелчки, шорохи, постукивания: звуковой фон был необходим человеку, чтобы не сойти с ума в мертвой неподвижности гиперпространственного полета.
Кэлхаун зевнул и перевернул страницу. Что-то зашуршало, громко щелкнуло, и записанный на пленку голос сказал:
— Пять секунд до выхода в нормальное пространство после окончания сигнала.
Сурово зазвучал отсчет метронома. Заложив недочитанную страницу, Кэлхаун заставил себя перейти к пульту, сесть в кресло и пристегнуть ремни.
