— Хорошо, — сбрасывает трубку, — а ты сейчас едешь в больницу и все узнаешь у Локсли.
— Это наши мужские беседы, личное.
— Нет, милый, ты все мне доложишь. Я должна знать, кому отдаю ее в руки.
— Это с чего такая уверенность, что все доложу?
Эмма скидывает одеяло, толкает ладошками в грудь Джонса, от чего он падает на спину, и абсолютно голая садится сверху. Дает ему время полюбоваться ею и наклоняется.
— В противном случае я тебя свяжу и сделаю, все что захочу, — шепчет на ушко, уже чувствуя, как его достоинство упирается ей в бедро.
— Свон!
***
Эмма без проблем открывает дверь квартиры брюнетки, Локсли оставил ее открытой, ей на руку. Ставит пакеты со вкусностями на пол, бросает туфли там же и почти несется в ее комнату. Реджина смотрит немигающим взглядом на стену, лежа в кровати с натянутым по горло одеялом.
— Эй, ты чего? Вроде должна пищать от радости, — Свон садится на кровать и берет ее руку в свою, — болит что-то?
— Он сказал то слово, — нарушает тишину она.
— Люблю, — улыбается Эмма.
— То самое.
— Что с тобой?
— Может оно вылетело само собой?
— Такое само собой не вылетает, Реджик.
— А у него вылетело, — настаивает на своем Миллс.
— Ты испугалась? — Реджина, наконец, соизволила посмотреть на Свон и кивнула.
— Почему? Робин же хороший. Мы его все, мне кажется, уже знаем. Да и Киллиан говорит, нормальный мужик, они вон как сдружились. Ты ведь тоже что-то чувствуешь.
— Чувствую, — тихо подтвердила она.
— Что конкретно? — Эмма, наплевав на идеально выглаженные брючки, забралась на кровать с ногами, не переставая глазеть на подругу, что была удивительно тихой, хотя после такого ожидаемо, Реджина слишком давно такое слышала, если слышала вообще…
— Я не уверена, но то самое.
— Любишь?
— Не уверена, но… хочу, чтоб всегда был рядом, заботился, чтоб просыпались вместе, планы строили, путешествовали… просто, чтобы был рядом всегда… что это?
— Это, Миллс, называется любовь.
— Я пока не могу это сказать.
— Понимаю, думаю, и он понимает.
— А я ведь о нем мало что знаю… я даже про родителей то его не знаю.
— Вот и поговорите.
***
— О, все понятно, — Джонс захлопнул дверь кабинета Локсли и нашел его за столом со стаканом коньяка.
— Ты представь, что я сказал Реджине, — тот на автомате достает второй стакан и наливает севшему напротив кардиохирургу.
— Знаю, слышал… по телефону, — добавляет он, видя его непонимающий вид, принимает стакан и делает маленький глоток. — Ты ее правда любишь?
— Удивительно, но да… я хотел как-то по-другому сказать, само вырвалось. Но я еще никогда не видел, чтобы девушки после таких слов замирали, — сделал большой глоток, проглатывая горькую жидкость.
— Понимаю, они со Свон с другой планеты. Как еще не сошлись только.
— Ты когда это понял? — когда стакан опустел, спрашивает Джонс.
— Когда ты мне позвонил ночью… — его взгляд сразу поменялся. — Я тогда чуть со страху не умер. Тогда я понял, что жить без нее не смогу. Ты ж даже не знаешь, какая она замечательная, я же тоже думал, обычная стерва. Но нет, Реджина совсем другая, она такая сильная и властная с виду, а внутри просто маленькая девочка, которая боится предательства, — чуть захмелев рассказывает врач.
— И что ты будешь делать? — Киллиан уже подливал себе новую порцию.
— Расскажу ей кое-что, — уклончиво отвечает он. — а дальше узнаем.
— А если у нее подтвердиться рак?
— Не говори эти слова, — с шумом ставит стакан, — а, если даже так, выберемся.
Комментарий к Часть 9
А меня еще помнят? Знаю, затянула с продолжением… да и вообще в этой главе должна была уже калечить, но в силу обстоятельств решила начну в следующей.
А вообще я сейчас ушла в чтение книг и на фф не тянет(
========== Часть 10 ==========
Эмма почти бесшумно заходит в квартиру Джонса, кладет ключи, которые утром ей дал Киллиан, на тумбочку в прихожей, снимает туфли и проходит в кухню, откуда уже доносится приятный запах. Киллиан стоит к ней спиной в домашних штанах и голой спиной, что-то помешивает в сковороде, и вся эта атмосфера кажется Эмме такой правильной, такой домашней и уютной, что она погружается в свои мысли и вздрагивает, когда Джонс зовет ее.
— Свон, ты где витаешь? — кладет лопатку на стол и подходит к ней, кладя руки на талию. Легко целует в губы и зарывается носом в волосы, он слишком сильно соскучился. Свон расслабляется в его руках и обнимает за плечи.
— Не знаю, — пожимает плечами и улыбается. — Выведал у Робина что-то? — с надеждой поднимает на него глаза и видит его усмешку.
— Любит до безумия, так что не переживай. Ужинать будешь? — возвращается к плите, пока Эмма устраивается за столом.
— Я жду подробности, и что на ужин?
— Сыр на гриле.
— Тогда точно буду, — оба хихикают. — Я жду.
— Ох, женщины, — вздыхает и раскладывает ужин по тарелкам, — он хотел как-то по-другому ей об этом сказать, но само вылетело. Его также напугало ее молчание.
— Оно и понятно, так резко сказал, — Эмма заглядывает в тарелку, поставленную перед ней.
— А как вам, женщинам, это говорить? — спрашивает, садясь рядом.
Эмма замирает с вилкой в руке и пронзительно смотрит на него.
— Ну… э… я…
