– О! Parlez-vous français?
– Нет, к сожалению, это останки школьных знаний.
– А что делает девушка с такими мощными останками знаний в этом советском здании из стекла и бетона, из которого она вышла?
– Работает редактором журнала.
– Редактором? О-ля-ля! – он радостно потер руки. – Вот вас-то мне и надо!
– В каком смысле?
– В смысле литературных идей. Коих накопилось к моему почтенному возрасту. Мы смогли бы сотрудничать?
– Да, почему нет…
– В таком случае я предлагаю для начала съесть чего-нибудь вместе. В Париже, кстати, сейчас время ужина. Видите, как все удачно. Где-то здесь был неплохой ресторанчик. Не знаю, есть ли он ещё… В Москве всё так быстро меняется. Зрительно я помню, как ехать, но зрительная память и правила этого вашего «гибэдэдэ», ужасное название, не всегда совпадают.
Он сосредоточился на дороге, а я на ощущениях. Xummer, как неповоротливый вежливый слон, продвигался осторожно, чтобы ненароком не раздавить кого-нибудь. Не подозревавшие о его хорошем воспитании, прочие дорожные звери на всякий случай бросались от него врассыпную. Андре благодарно кивал каждому, кто успевал удрать. Французский менталитет сам выглядел как слон в русской посудной лавке.
– Кажется, здесь. Во всяком случае, похоже, – проговорил Андре, плавно паркуясь на площадке, на которой поместились бы две машины и трехколесный велосипед.
Он открыл дверь и подал мне руку Его манеры были безупречны. Меня обходили с правильной стороны, передо мной открывали и придерживали двери, отодвигали и придвигали стул. Мне захотелось удрать, чтобы случайно не расстроить вежливого слона своим несоответствием его воспитанию.
Народу в ресторане было много, но на нас тут же десантировался официант с почтительно склоненной лысой головой. Как они, собаки, деньги чуют. Лысиной, что ли? Он с жадностью внимал каждому слову, произносимому Андре, словно тот говорил заветные слова о том, где находится золотой ключик.
– Я бывал у вас частенько, но давно. Кормили прилично. Как сейчас, не знаю. Вы принесите нам, что у вас есть интересного из холодного и из горячего, позиций шесть – семь, а мы все попробуем. Да. И сразу бутылочку Vittel без газа. Есть она у вас?
– Конечно! – почти оскорбился официант. – Выпить желаете? Взгляните винную карту?
– Нннет. Принесите бутылочку красного сухого. Самого дорогого.
– Сию минуту! – официант растаял в воздухе как галлюцинация.
– Татьяна, Вы не против, что я вот так распорядился?
– Нет, конечно, Андрей Юрьевич.
– Ну и замечательно. Пожалуйста, зовите меня Андре. Так вот, по поводу литературных идей. Их действительно много. У меня была длинная жизнь…
– Почему была?
– В подбадривании я не нуждаюсь. Я имею в виду, того, что было, уже хватит на пару томов. Начать с того, что родился я в дворянской семье, но происхождение скрывали от меня до поры. Мой отец был инженером, инженером с большой буквы, сейчас таких уже нет. Он заставлял меня учить французский, который я, конечно, ненавидел с детства. Теперь благодарен. Когда отца уже нет. Я начал карьеру еще в Союзе, женился во Франции, возглавлял одну из крупнейших мировых корпораций, – он произнес название, – слышали?
– Конечно, – соврала я.
– Вижу, что не слышали, – улыбнулся Андре. – Ладно. Девушке простительно. Мы работаем, в основном, для военной и космической промышленности. Сам я уже отошёл от дел, но в Совете директоров регулярно сижу, надуваю щеки. Некоторые вопросы, кадровые, например, без меня не решаются. У меня всегда был нюх на толковых специалистов. Один из наших лучших сейчас топ-менеджеров уже легенда в компании. Это тоже отдельная история. Я как-то проезжал по области, остановился перед шлагбаумом. Открыть шлагбаум вышел парень. Мне понравилось его лицо. Показалось странным – Тмутаракань, гаражи на окраине городишки, работяга в телогрейке и вдруг такое лицо… Я стал его расспрашивать. Оказалось, ему двадцать лет, он из хорошей семьи, но уже живёт самостоятельно, на автомеханика выучился, движок с закрытыми глазами знает, а в сервисах не держится, не может клиентов обманывать. Я пригласил его к нам, нам такие нужны. Сейчас он реально один из лучших. И таких историй было полно.
Появились вино, закуски и лысый официант, с трудом удерживающийся от желания лизнуть дорогого клиента.
– Так. И что тут у вас из чего? – спросил Андре, надев очки в тонкой темной оправе, которые ему очень шли.
Испаряя пот лысиной, официант подробно рассказывал, что из чего, а Андре внимательно слушал, уточняя ингредиенты соусов, способы приготовления овощей и родину рыбы, словно речь шла о жизненно важных вещах. Вот как надо относиться к тому, что ешь, – подумала я. Успех избирает избирательных.
– Начнём? – улыбнулся мне Андре, разобравшись в деталях кулинарии, – рекомендую попробовать всё.
Я отщипнула от ближайшей еды пучок травы, прикрывающий вкусно рассказанное содержимое.
Лысый снова материализовался в воздухе возле Андре.
– Позвольте, я положу Вам?
– Да, пожалуйста.
А я бы отказалась, – подумала я, – уж слишком навязчив.
