Медленное возгорание полностью

Его тёплые тяжёлые руки легли на мои плечи, чтобы остановить меня. Это было наше первое прикосновение за день. Мне хотелось упасть в обморок. Разве женщины всё ещё теряли сознание в наше время? Какая разница… Я бы хотела.

— Мне нужно ехать, — прошептала я. Чёрт возьми, почему мой голос пропадал каждый раз, когда он прикасался ко мне?

Я избегала его взгляда в течение всей встречи. Грубо, да. Но я не могла рисковать утонуть в этой опасной глубине. Я совершила ошибку, подняв глаза. Наши взгляды встретились и утонули друг в друге. Изучая радужки его глаз, я заметила крапинки голубого в море серой стали. Не думая, я приоткрыла рот. Вместо того, чтобы поцеловать меня, Рок просто смотрел мне в глаза:

— У тебя самые изумительные глаза, Хоуп.

Проклятье! Откуда он узнал, что я думала то же самое о нём? Это нервировало меня так сильно, что я начала извиваться в его хватке. Он вздохнул и опустил руки.

Рок.

То, что я положил руки на плечи Хоуп, абсолютно не успокоило ураган, бушевавший во мне на протяжении всего дня. В секунду, когда она дёрнулась под моими ладонями, я вздохнул, признавая поражение. Я хотел уважать её семейный статус. Действительно хотел. Или, по крайней мере, хотел так делать.

— Как твой муж?

Это было не совсем то, что стоило говорить. Она пронзила меня ледяным взглядом:

— Мы в порядке.

— Просто проверяю, куколка. Я бы никогда не простил себе, если бы твой статус изменился, а я бы не знал об этом.

Её челюсти сжались, а потом расслабились, чтобы Хоуп смогла ответить:

— Мой статус не собирается меняться, — я изогнул бровь. Её муж был придурком, помешанным на контроле? Будучи очень проницательной, она поймала изменение в моём поведении. — Боже, да успокойся. Мы не собираемся разводиться. Я не верю в развод.

— Ты верующая?

— Нет. Просто высоконравственный, благородный человек.

Хммм. Интересная деталь.

— Даже в случае насилия или интрижек?

— Нет, конечно, нет. Но Клэй никогда не поднимет на меня руку, и он не изменщик. Так же, как и я, — она закончила свою фразу с колким взглядом.

Я понимал это. Правда, понимал. Ему повезло. Такие женщины с глубокой привязанностью и преданностью, как она, были редкостью в моей жизни. Тяжело было осознать тот факт, что я хотел такую для себя.

Я утешал себя тем, что, по крайней мере, её муж хорошо к ней относился. Она заслуживала только лучшего, и — насколько ненавистно мне было признавать это — я не был для неё таковым. Хоть она и заводила меня так, как ни одна девушка до неё, мы жили в разных мирах. Держу пари, она привыкла элегантно одеваться и ходить на различные юридические встречи, на которых могла бы поболтать и выпить белого вина. Я лучше сдохну, чем надену костюм. Помимо моего массивного стояка, появлявшегося, стоило мне приблизиться к ней на три фута, нас больше ничего не связывало. Настало время вбить это в мой толстый череп.

Я похлопал её по спине и развернулся на пятках, чтобы уйти, желая сделать гораздо больше.

После нашего разговора вы, видимо, подумали, что я отвалил, но мои маленькие путешествия в пригород лишь участились. Я не мог ничего с этим поделать. Когда начал думать, что байк привлекает много внимания, я пересел на свой внедорожник. Большой, чёрный, с тонированными окнами — клише плохого парня, но машина очень облегчила мой шпионаж. Вот как далеко завела меня эта женщина.

Конечно, все эти экскурсии не остались незамеченными в клубе. Даже если я и носил нашивку Президента, у меня всё ещё были обязанности. Из-за нашивки у меня их было море. Я не позволял себе отлынивать от их исполнения и с лёгкостью следовал своим принципам. Из-за того, как мы вели бизнес, большинство наших сделок проходило ночью. Когда я заметил, что появляюсь на Эвергрин Лэйн всё больше и больше ночей подряд, это стало проблемой.

Я превратился в тряпку.

Этому не было оправдания.

Не секрет, что на нашей территории банды не стеснялись проявлять свою активность. Верите или нет, моя команда сыграла немалую роль, чтобы удержать худших из них подальше от города и прилегающих окраин. Не скажу, что мы держались в рамках закона, но обстрелы, проституция, тяжёлые наркотики — всё это мы истребляли. Это не означало, что два соседних города не объединялись с другими, чтобы изменить ситуацию. Не то чтобы люди из Эмпайра не проехали бы пять миль через мост в Айронворкс за героином или метамфетамином. Интересно, но обратная сторона медали тоже блестела. Дилеры из Айронворкса не заезжали на нашу территорию, чтобы продать тяжёлые наркотики. Никто в радиусе ста миль не смел продавать травку, которая поставлялась не нашим клубом. Иногда конкуренты пробовали нарушать эти правила, но ещё ни разу это не закончилось для них хорошо.