— Роберт Глассман, — прошипела я. Будто этому ублюдочному клоуну нужно было больше денег.
— Спасибо, чика.
Уверена, он проведёт незабываемое время с мистером Глассманом.
Хоуп.
После моего жестокого увольнения Роком я в конечном итоге отставила в сторону свою ярость и решила двигаться дальше. Моя практика вернулась на круги своя. Возможно, она никогда и не страдала, а я всего лишь накручивала себя. Я держалась подальше от уголовных дел. С тех пор, как перестала смотреть новости и читать газеты, за исключением случаев, когда мне было это нужно, я не имела понятия, что в городе разгорелась война между бандами. Даже когда услышала об этом, я не уделила данному факту особого внимания.
Но что на самом деле привлекло моё внимание, так это убийство Роберта Глассмана. Его застрелили. Пресса осветила это происшествие как уличное ограбление, но я не могла перестать думать о Роке. Меня не оставляло старое воспоминание о телефонном разговоре, который произошёл после моего унижения в суде. Была ли связь между этими событиями? Я не имела понятия. Но что-то подсказывало мне, что прекращение общения с Роком и его «мотоклубом» было наилучшим вариантом для моей безопасности, и не имеет значения, насколько временами мне было больно от этого.
Беспрестанное жужжание моего сотового прервало мои размышления. Я не узнала номер. Надеясь, что это просто клиент, я подняла трубку.
— Алло?
— Эм… Это Хоуп?
— Да.
— Хоуп. Это мистер Рихтер.
Босс Клэя. Струйка беспокойства поползла по моей коже. Хотя ничего плохого быть не могло. Может, он хотел купить Клэю подарочную карту за хорошо проделанную работу и посоветоваться со мной. Возможно, он получил штраф за превышение скорости, и ему была нужна моя помощь.
— Здравствуйте, мистер Рихтер. Чем я могу вам помочь?
— Хоуп. С Клэем произошёл… Несчастный случай. Вы можете приехать в «Эмпайр Мед»?
Медицинский центр Эмпайр был ближайшей главной больницей. Все виды ужасных несчастных случаев пронеслись в моей голове. Клэй упал с моста. Клэя сбил какой-нибудь невнимательный водитель.
— Да. Я сейчас приеду. С ним всё в порядке?
— Скоро увидимся, Хоуп, — так и не ответив на мой вопрос, он повесил трубку.
Струйка беспокойства переросла в ураган тревоги.
Что-то было очень, очень неправильно.
Клэю было всего тридцать пять. Я знала, что в его работе была степень риска, но также знала, насколько он был осторожным и дотошным. Его работа являлась единственным риском, присутствовавшим во всей его жизни. Он никогда не курил, не пил и не принимал наркотики. Чёрт, мы очень редко ели красное мясо. Его босс явно преувеличивал. Боялся, что жена-адвокат Клэя засудит его.
Это немного разубедило меня.
Поездка до госпиталя прошла в тумане. Я поехала туда на автопилоте, убеждая себя, что всё было в порядке. Клэй был слишком молод, чтобы с ним случилось что-то плохое. У нас была вся жизнь впереди, чтобы совершить вместе то, что мы хотели. Будущее, включающее в себя путешествия в экзотические места, постройку дома нашей мечты. Возможно, детей.
Мой отец умер, когда мне было тринадцать. Слишком жестоко было думать, что я могла потерять кого-то, кого любила, в ком нуждалась, раньше времени.
Один взгляд на мистера Рихтера сказал мне, что я глубоко-глубоко ошибалась.
— Нет, — прошептала я, как только увидела его.
— Хоуп, — начал он. Его голос был пропитан беспомощной интонацией, полностью противоположной его внушительной фигуре.
Рваное рыдание оцарапало моё горло. Рука дёрнулась к груди, бешено потирая её по кругу.
— Пожалуйста, не…
— Хоуп, мне так жаль, — попытался он снова.
Я попятилась назад, руки обвились вокруг живота, пытаясь унять тошноту, подступавшую к моему горлу.
— Нет… — простонала я.
— Хоуп, есть ещё кто-нибудь, кому я могу позвонить?
На пару минут из моей головы исчезло всё. Когда закрывала глаза, я видела лишь чёрные квадраты и круги.
— Его сестре Линн, — выдохнула я.
По определённой причине мы не были достаточно близки, но она была его единственной семьёй. Она должна была присутствовать здесь.
— Ладно. Иди сюда, присядь, милая, — его большие руки подвели меня к лавочке, на которую я опустилась, положив голову между колен.
Это не могло происходить. Это должно было быть ошибкой.
— Мистер Рихтер, вы уверены? — пробубнила я.
Он похлопал меня по спине.
— Уверен, милая. Врачи будут здесь с минуты на минуту, чтобы поговорить. Я помогу тебе со всем, что тебе будет нужно. Я знаю, насколько неожиданным…
Его голос умолк.
Какие были последние слова Клэя? Почему я не могла вспомнить? Утром я видела, как он вышел из душа. Мы поцеловались и обменялись планами на день. Запланировали ужин. Обычная ежедневная рутина. Сказала ли я ему, что люблю его?
Почему я не могла вспомнить, сказали ли мы друг другу «я люблю тебя»?
Я больше никогда не скажу этого снова.
Свежие слёзы заволокли глаза, и я попыталась сделать вдох прежде, чем ужас происходящего поглотит меня.
Они позволили мне увидеть Клэя. С этого момент реальность превратилась в агонию.
Ошибки быть не могло.
Мой муж был мёртв.
