– Нет. – Испуганный шепот Каве прорвался сквозь завывания. Его взгляд остановился на Мунтадире, все еще стоявшем у двери. – Этого не должно было случиться!
Глаза Мунтадира заблестели от страха. Нари не колебалась. Она вскочила на ноги и побежала через павильон, когда медное облако, теперь утроившееся, полетело на ее мужа.
– Бану Нахида, подожди! – закричал Каве. – Ты не…
Она не расслышала, что еще он хотел сказать. Едва обгоняя пар, Нари бросилась на Мунтадира.
Слишком поздно Нари вспомнила, что дверь ведет на лестницу.
Мунтадир хмыкнул, когда она сильно ударила его в живот, а затем закричал, потеряв равновесие. Они покатились вниз по лестнице, ударяясь конечностями о грязный камень, прежде чем свалиться к подножию лестницы.
Прижатый к земле, Мунтадир выругался. Нари задохнулась, воздух вырвался из ее легких. Ее способности все еще были притуплены железными наручниками, она была вся в синяках и ссадинах, жгучая боль бежала по ее левому запястью.
Мунтадир моргнул, а затем его глаза расширились, остановившись на чем-то за ее плечом.
– Беги! – закричал он, вскакивая на ноги и рывком поднимая ее.
Они побежали.
– Твой реликт! – Нари захрипела. В коридоре, противоположном тому, по которому они шли, кто-то закричал по-гезирийски.
Затем, леденяще, вой резко оборвался.
– Сними свой реликт!
Пока они бежали, он потянулся к нему дрожащими пальцами.
Нари оглянулась через плечо и с ужасом увидела, что медная дымка накатывает на них голодной, злобной волной.
– Мунтадир!
Он выдернул его, отбросив медную серьгу, как раз когда пар поглотил их. Нари в ужасе затаила дыхание. А потом он пронесся по коридору.
Мунтадир упал на колени, дрожа так сильно, что Нари слышала, как стучат его зубы.
– Что это было? – ахнул он.
Сердце бешено колотилось, эхо отдавалось в голове.
– Понятия не имею.
По его лицу текли слезы.
– Мой отец… Каве. Я убью его.
Пошатываясь, он поднялся на ноги и повернулся в ту сторону, откуда они пришли, держась одной рукой за стену.
Нари заступила ему дорогу.
– Сейчас не это важно. – Он уставился на нее, подозрение исказило его лицо. – Это ты…
– Нет! – огрызнулась она. – Действительно, Мунтадир? Я сейчас скатилась с лестницы, чтобы спасти тебя.
Он покраснел.
– Мне очень жаль. Я просто… он… – Его голос надломился, и он грубо вытер глаза.
Печаль, вложенная в его слова, притупила ее гнев.
– Понимаю. – Она откашлялась, вытянув связанные запястья. – Ты можешь снять это с меня?
Он высвободил свой ханджар, быстро разрезал веревку и помог ей освободиться от железных наручников. Она вздохнула с облегчением, когда ее силы обожгли ее вены, и ее покрытая волдырями кожа и темные синяки мгновенно зажили.
Мунтадир открыл было рот, чтобы заговорить снова, но тут в коридоре раздался голос:
– Бану Нахида!
Это был Каве. Нари прижала руку к губам мужа, увлекая его в тень.
– Давай не будем выяснять, припасено ли у него в рукаве еще что-нибудь, – прошептала она. – Мы должны предупредить остальных Гезири во дворце.
Даже в тени она видела, как побледнело его лицо.
– Ты думаешь, он распространится так далеко?
– Это выглядело так, будто он остановился?
– Черт. – Ответ показался подходящим. – Боже мой, Нари… ты знаешь, сколько Гезири во дворце?
Она мрачно кивнула.
Внезапно раздался грохот, пол задрожал под их ногами. Это длилось всего секунду, а потом исчезло.
Нари собралась с духом.
– Что это было?
Мунтадира передернуло.
– Понятия не имею. Такое чувство, что весь остров просто трясло. – Он нервно провел рукой по бороде. – Этот пар… ты хоть представляешь, что это может быть?
Нари покачала головой.
– Нет. Он был похож на яд, которым отравили твоего брата, не так ли?
– Мой брат. – Выражение лица ее мужа потемнело, а затем паника охватила его лицо. – Моя сестра.
– Мунтадир, подожди! – закричала Нари.
Но он уже бежал.
Покои Зейнаб были не так уж близко, и к тому времени, когда они добрались до сада гарема, Мунтадир и Нари совсем запыхались. Шарф, которым она повязала голову в больнице, давно слетел, кудри прилипли к влажной коже.
– Джамшид всегда говорил мне, что я должен больше тренироваться, – задыхаясь, проговорил Мунтадир. – Мне следовало его послушать.
Джамшид. Его имя было как нож в сердце.
Она бросила взгляд на Мунтадира. Еще одна ситуация, где все только усложнилось.
– Твой отец арестовал его, – сказала она.
– Я знаю, – ответил Мунтадир. – Как ты думаешь, почему я стучал в дверь? Я слышал, Ваджед увез его из города. Мой отец рассказал Каве куда?
– Из города? Нет, твой отец ничего не говорил об этом.
Мунтадир застонал от разочарования.
– Мне следовало прекратить все это раньше. Когда я узнал, что он и тебя схватил… – Он замолчал, злясь на себя. – Он хотя бы сказал тебе, что ему нужно от Джамшида?
Нари колебалась. Гасан мог быть чудовищем, но он все еще был отцом Мунтадира, и Нари не нужно было сейчас добавлять горя своему мужу.
– Спроси меня позже.
– Если мы еще будем живы, – пробормотал Мунтадир. – Кстати, Али окончательно сошел с ума. Он захватил Цитадель.
– Было бы замечательно провести ночь в Цитадели, а не во дворце.
– Справедливое замечание.
