Медное королевство полностью

– Мы желаем вернуться в Дэвабад. – Манижа показала на Дару. – В таком виде мой Афшин не сможет пройти через завесу в горах, но в легендах о моих предках говорится, что существует и другой способ. Дескать, можно войти в это озеро, как в двери, загадать любой водоем, где угодно во всем белом свете, и выйти там, где заблагорассудится.

– Эти чары никогда не предназначались для дэвов. Озеро принадлежало нам. Оно было священно, – добавил марид с болью в голосе. – Там появилась на свет Тиамат. Она и зачаровала озеро, чтобы каждый из нас имел возможность явиться к ней на поклон, где бы мы ни находились.

– Тиамат? – удивленно переспросил Дара. – Бет-иль-Тиамат? Южный океан?

– Не совсем, – ответил Аэшма. – Тиамат была их богиней, их праматерью. Огромное морское чудище, рожденное на свет из первоначального хаоса мироздания, не гнушавшееся истреблять целые цивилизации всякий раз, когда малокровки гневили ее, – он ухмыльнулся. – Она ненавидела дэвов.

– У нее были причины для ненависти, – зашипел марид. – Анахида отобрала у нее озеро. Чары мы сняли, когда потомки Анахиды ослабли и больше не могли нами помыкать. Дэвы заслуживали уничтожение за то, что посмели осквернить наши воды. – Марид повернулся к Маниже, щелкнув зубами. – А тебе нужен не один лишь Дэвабад, прадочь Анахиды. Не надо держать нас за простаков. Тебе нужна Сулейманова печать.

Манижа невозмутимо, как и всегда, пожала плечами.

– Мне нужно все, что принадлежит мне по праву. Дэвабад был дарован Нахидам самим Создателем, равно как и Сулейманова печать. Их возвращение также предначертано свыше, – она кивнула на Дару. – Если не воля Создателя, кто же возвратил нам нашего величайшего воина и наделил его такими неслыханными способностями?

Марид указал на человека, чье мертвое тело использовал сейчас в качестве своей оболочки.

– Это – не воля Создателя. Это – сомнительная манипуляция женщины, рвущейся к власти. – Марид метнул взгляд на Дару. – А ты и того хуже. Дважды воскрешенный, выпачканный в крови тысяч погибших… продолжаешь выслуживаться перед теми, кто превратил тебя в монстра.

Внезапные обвинения смутили Дару и разбередили старые раны, дотянувшись до самого темного уголка его души, куда он сам боялся притрагиваться.

Слова, произнесенные спокойно и твердо теми, чьи приказы Дара привык никогда не ставить под сомнение. Крики горожан-шафитов, по заверению Совета Нахид, являвших собой лишь бездушные пустышки. Вера в правоту Нахид, за которую Дара цеплялся как за соломинку, пока не оказался в компании шафитки по имени Нари и не испугался, что все, известное ему о полукровках, было ложью.

Вот только Нари не была шафиткой. Вот что было ложью, маскировкой, наложенной этим самым существом, перед которым стоял сейчас Дара. Заклятия маридов – ложь маридов.

– Ты можешь это устроить или нет? – спросил он прямо, резко устав от игр в кошки-мышки. – Существует ли возможность переместиться по воде прямо в Дэвабад?

– Мы не станем помогать Нахиде заполучить Сулейманову печать.

– Вопрос был не в этом, – процедил Дара сквозь зубы. – Я спросил, есть ли такая возможность.

Марид приосанился.

– Мы не подчиняемся огнерожденным демонам.

Этого ответа для Дары оказалось вполне достаточно.

Необузданная сила, гневно клокочущая и искрящая у него под кожей, пришла по первому зову. Слишком много крови пролил Дара. Нельзя, чтобы все оказалось впустую. И если маридам этот урок выйдет боком, значит, так тому и быть.

Огненной вспышкой опалило землю, глина запеклась у него под ногами, сотряслось ложе озера. Вода забурлила, вскипела и начала стремительно испаряться, поднимаясь в небо гигантскими клубами пара. Из него продолжал изливаться огонь, торопясь пожрать все, что было надежно спрятано в лоне озера: танцующие водоросли и окаменелые клыки давно сгинувших тварей, пару извивающихся угрей и останки затонувших рыбацких лодок. Стая журавлей поспешно вспорхнула в небо, и воздух огласился испуганным птичьим гомоном.

Марид взвыл, глядя, как горит их святыня. Он упал на колени и заголосил от боли, как будто горело не озеро, а он сам. Когтистые пальцы впились в сухой песок.

Дара приблизился и присел рядом с ним на колени. Он взял марида за подбородок – кожа на ощупь показалась похожей на гальку. Он повернул голову марида, заставляя взглянуть прямо себе в глаза.

– Вы будете подчиняться этому огнерожденному демону, – произнес он ледяным тоном. – И будете выполнять мои приказы, а не то я выжгу все ваши священные водоемы и все места, которые твой народ считает родными. От них не останется ничего, кроме пыли и пепла. И я убью каждого из немногих оставшихся у вас последователей на этих лежащих в руинах берегах.

Марид дернулся и высвободился из хватки. Он обвел взглядом полыхающую святыню. Кое-где вода не испарилась до конца, и в этих лужах задыхались охваченные огнем рыбы. Зрелище походило на извращенную карикатуру огненных купелей Дэвов.

Марид задержался взглядом на обгоревших останках водяной змеи.