Анна молчала несколько секунд. Ничего подобного она предположить не могла. Не то, чтобы совершенно не могла - ее картина мироустройства совершенно не была идиллической. Просто никак не ожидала от Бенедикта. Он казался... правильным. Прямолинейным. Надежным.
- Он женится во второй раз, я полагаю, - сказала тетя Беата задумчиво.
- А другая семья?
- Бросить их непорядочно. Да... Порядочность тоже бывает обузой, неудобной вещью. Но что делать?
Анна резко мотнула головой.
- На месте его первой жены я бы просто выгнала его. Разумеется, если там бы продолжалась связь. Не стала бы терпеть.
- Максимализм - тоже неудобная вещь, - назидательно сказала тетя. - Так бывает в жизни... Я не говорю, что это хорошо! - она предупреждающе подняла руку с зажатой конфетой. - И еще раз - вы были бы неплохой парой. Однако ты должна быть предупреждена. Возможно, там давно все перегорело... Но если вдруг он заговорит о браке, его отношение ко второй семье необходимо прояснить.
Анна поднялась в свою спальню, полутемную, с готовой постелью, как будто наполненную предчувствем отдыха и сна. Переодеваясь в мягкую сиреневую пижаму, думала о Бенедикте, о том, что она всегда любила его как старшего брата, но и он был женат тогда. Думала о Петере из Цвикова и о других. Будущее было совсем рядом, и перемены были рядом, и от этой неизвестности у нее появилось странное чувство. Как будто она выпила волшебного вина, куда добавили капельку радости, щепотку страха, зернышко ожидания... Она заставила себя успокоиться и закрыла глаза. Завтра тоже будет день. Завтра.
Молодой граф Цвиковский приехал утром (Анна еще до завтрака перенесла замок обратно в Кромль). Он был один, без матери. Видимо, свой приезд он отсрочил на несколько дней не из-за того, что графиня Агнесса хотела поразить всех новыми модами и прической ("Все равно не зря ходили за новыми нарядами", - заявила тетя Беата). Петер выглядел как мальчишка. Чуть встрепанные золотистые волосы (чувствовалась рука дорогого дизайнера), легкие спортивные брюки.
- Не надевай сразу медальон, - советовала тетушка. - Сравни сейчас и потом.
В сущности, Анне он всем понравился. Обаятельный, искренний, веселый.
Внезапной влюбленности, которая ударила бы, словно молния, не случилось. Но им приятно было быть вместе, они вспоминали общих знакомых, две свои давние встречи в детстве. Петер казался весьма неглупым, говорил остроумно, умел слушать. О Королевстве Часов расспрашивал с настоящим, ненаигранным любопытством.
Часы Петер увидел (Анна вздохнула облегченно), тут же сел за стол и принялся наблюдать. Он был в восторге, задавал бесчисленное количество вопросов и слушал ответы, широко распахнув глаза, удивлялся и снова о чем-то спрашивал... Анна радовалась его любопытству и изумлению. Она старалась прогонять воспоминания о Казимире - как они так же стояли вместе, склонившись над Часами, и он тоже спрашивал, и удивлялся, и вдруг, взглянув на нее, чуть хмурил брови (она вспомнила эту его привычку), как будто разгадывал загадку...
