Казино на две недели стало его вторым домом. В надежде ухватить «птицу счастья» за хвост он приходил туда каждый вечер и уходил под утро.
Случайно обломившиеся незначительные суммы жгли ему ладони, и он тут же покупал на них новые фишки – мысль в одночасье разбогатеть превратилась в идею фикс.
Тщетно. Ему чертовски не везло, он проигрался в пух и прах, а между тем новая пассия, Сэлли, становилась всё более привередливой и требовательной – за каждое свидание, начинавшееся в каком-нибудь экзотическом бунгало и заканчивавшееся у неё на вилле, она требовала всё более дорогие подарки.
Чтобы рассчитаться с владельцем казино, а заодно не потерять любовницу, к которой уже успел привязаться, Полещук залез в кассу резидентуры.
Положение стало отчаянным, когда одолженную воровским способом крупную сумму вернуть полностью не удалось даже после продажи дипломату из ФРГ великолепной кинокамеры и фотоаппарата «Зенит».
Обанкротившийся дон-жуан отдавал себе отчёт, что если не найдёт выход из положения, ему, возможно, придётся отвечать не только за растрату денег, предназначавшихся на оперативные расходы…
Неожиданно на помощь пришла сама любовница, Сэлли Грэйвс. Её предложение до гениальности просто: тайно обвенчаться в индуистском храме, и с соблюдением строжайшей конспирации, не раскрывая перед окружающими истинного характера своих отношений, жить вместе и, разумеется, иметь общий семейный бюджет.
Идея Полещуку понравилась – он надеялся воспользоваться деньгами американки, чтобы погасить оставшуюся задолженность.
Да и вообще, черт возьми, до чего же изобретательны могут быть порой женщины в своём стремлении заполучить права, хоть и временные, на вожделенного мужчину!
А в том, что Сэлли влюблена в него, Полещук не сомневался ни на минуту. Да и может ли быть по-другому, если американка сама вызвалась стать его женой, даже не поинтересовавшись ни его семейным статусом, ни сроком его дальнейшего пребывания в Непале. Конечно же, она влюблена по уши!
Высокомерный и заносчивый красавец капитан и мысли не допускал, что его, матерого аса разведки, кто-то может загнать в ловушку в Катманду, в этом Богом забытом уголке мира.
А вместе с тем обворожительная Сэлли, выступая в роли обольстительной приманки для русского разведчика, как раз и выполняла роль медовой ловушки.
Полещук согласился, но с одним условием: венчаться они будут не в Катманду, а в Дели, куда ему предстоит срочно вылететь для встречи с агентом «Шахом», который более двадцати лет работает на КГБ.
«Нет проблем!» – ответила Сэлли и в тот же день приобрела на деньги своего ведомства два авиабилета в Дели…
Бракосочетание происходило в престижном районе индийской столицы Шанти Никитан. Там, в одном из живописных скверов, для этих церемоний сооружен огромный брезентовый разноцветный шатёр, внешне напоминающий цирк шапито.
«Чёрт побери! – завидев храм-шатёр, мысленно воскликнул жених. – Чем-то весь этот спектакль напоминает мне венчания белогвардейских офицеров в походно-полевых условиях Гражданской войны у нас в России… Ну что ж, придётся и мне называть Сэлли “ППЖпоходно-полевая жена. Нет, скорее, “ПКЖ” – походно-конспиративная жена!»
В роли священника выступал жрец-индус, который, как пояснила Сэлли, за умеренную взятку согласился узаконить тайный брак инородцев.
Тренированным движением он привязал красивым витым шнуром угол сари, в который была облачена невеста-Грэйвс, к белому шарфу, накинутому на плечо жениха-Полещука.
Затем, громко произнося заклинания на санскрите, он семь раз провёл жениха и невесту вокруг жертвенного огня.
В это время какие-то люди, очевидно, подручные жреца, из кромешной темноты шатра бросали в огонь рис и черпаками плескали туда кокосовое масло – жертвоприношения для богов.
В заключение церемонии жрец на чистейшем английском языке объявил конспираторов мужем и женой, вручил каждому из них по конверту и пригласил к столу, на котором были разложены угощения: выпечка, восточные сладости, фрукты, чай и прохладительные напитки.
Полещук взглядом поискал бутылку виски, к которому успел пристраститься в обществе Сэлли, но затем вспомнил, что индусские свадьбы традиционно безалкогольные.
А жаль, новоиспеченному мужу так хотелось опрокинуть стакан-другой настоящего шотландского вискаря в честь венчания – когда-то ещё можно будет почувствовать себя султаном-многоженцем!
В порыве страсти Полещук всем телом прижался к своей новоиспечённой жене и горячо зашептал ей на ухо:
– Дорогая, а тебе известно, что у индусов существует такое поверье, что смертью мужа боги наказывают жену за её грехи. Поэтому она должна последовать за мужем на погребальный костёр. Этот обычай называется сати, что в переводе с санскрита означает «вечная жена»… Неужели ты об этом не знала, моя милая затейница, когда устраивала наше бракосочетание?
– Мой дорогой, я впервые слышу об этом! Ты находишься в Непале меньше, чем я, а вместе с тем тебе, оказывается, известны такие сенсационные подробности индуистских традиций, как же так?!
