У Филиппа от ярости и бессилия задрожали губы, и он плюнул в лицо бывшему соседу. Виктор достал платок, утерся.
— Тварь! Если б я знал, то и тебя бы вместе с отцом прикончил! — заорал он, но Виктор засунул ему кляп в рот.
— Не надо кричать, я этого не люблю! Посиди и подумай над тем, что я сказал!
Газовый пистолет Хасана он возвращать негодяям не стал, сунув его в карман куртки.
Отчасти это была правда: разговоры о шатком положении бригадного комиссара Линака уже циркулировали наверху, но министр пока медлил с его отставкой. Рене, встретившись со старым своим приятелем, действующим полковником службы национальной безопасности, рассказал о преступлениях Лакомба, который их творил, пользуясь благосклонностью высокого чиновника. Полковник был потрясен этим рассказом и попросил составить рапорт на его имя, что и было сделано. Начальство отнеслось к этому весьма одобрительно. Бывшая контора Рене всегда была рада восторжествовать над коллегами из комиссариата по уголовным делам.
Виктор зашел в комнату, где находилась Нежнова, застав ее и Кэти уже не спящими, а мило болтающими друг с другом. Кэти тотчас напряглась, готовая броситься на защиту подруги, но Алена, увидев его, мгновенно расплакалась, бросившись ему на шею.
— Ну все, все, нам надо идти! — прижимая ее к себе, прошептал он, огляделся. — У тебя есть какая-то одежда?
— Они все отобрали, —вытирая слезы, ответила она.
— А ты наш, русский? — удивилась Кэти.
— Нет, я француз.
— Это Виктор, я тебе говорила о нем, — повернувшись к подруге и сияя всем лицом, объявила Алена.
Кэти грустно кивнула. Мордочка Мими появилась из-за ширмы.
— Это тот самый Виктор?! — пропищала она.
— У меня есть теплый халат, я могу дать, — проговорила Кэти и отправилась за ним.
— А почему у тебя синяк? Ты с кем-то дрался?
— Упал.
Кэти принесла ярко-розовый, но плотный, стеганый халат, помогла надеть.
— Нам надо идти, — напомнил Рене Алене и взглянул на Кэти: — Ваш охранник лежит связанный у себя в комнате, а хозяин в аналогичном состоянии на кухне. Вот его мобильный, можете позвонить парижским знакомым и даже в Россию.
Он передал Кэти телефон.
— А как в Москву звонить? — растерянно спросила она.
Виктор написал ей код.
— Минут через сорок вы можете Их развязать.
— А вы не хотите с нами сбежать? — Неожиданно спросила у подруг Алена.
— Как мы сбежим, если у нас нет документов? — усмехнулась Кэти. — Он забрал их и не отдает. Да некоторым и здесь хорошо!
Она взглянула на Мими.
— При чем здесь я?! — недовольно пропищала та. — Это Биби и Лили готовы остаться!
— А ты готова пойти на завод разнорабочей.
— Я хочу замуж!—фыркнула Мими.
На улице рядом с машиной Рене его поджидала Катрин. Судя по ее замерзшему виду, она проторчала на холоде не один час. Виктор усадил пленницу в машину, подошел к Ларош. Та скривила губы, взглянув на его синяк.
— Ерунда, пройдет. Где здесь можно недорого купить что-нибудь из одежды? — Он оглянулся на Алену.
— Я покажу!
Они заехали в один из недорогих магазинчиков, купили джинсы, рубашку, свитер, туфли и спортивную теплую куртку. Алена переоделась в примерочной магазина, но халат Кэти забрала с собой.
Виктор, взглянул на Катрин, давая ей понять, что пора прощаться.
— Я вчера вела себя глупо, болтала много лишнего, вы не обижайтесь, хорошо? — смущенно проговорила она.
Он кивнул .
— Привет от меня Люсьену, а в качестве отчета передайте эту бумагу: я тут изложил всю ситуацию с Филиппом Лакомбом и еще кое-какие советы в связи с этим.
Рене протянул ей запечатанный конверт, пожал руку, но, заметив обиженный взгляд, поцеловал в
щеку. Она также ответила поцелуем, привычно стерла следы помады.
— Она хорошенькая! — подмигнув, шепнула Ларош и добавила: — Будешь в Париже, звони! Непременно!
9
Виктор уже хотел повернуть на автостраду, ведущую к Лиону, как вдруг притормозил, съехал к обочине и набрал телефон Жана Пике.
— Нужно встретиться, срочно! — объявил он.
— Что-то случилось? — Голос врача дрогнул.
— Нет, все нормально, но встретиться надо! Срочно! Есть ряд вопросов!
После этого он позвонил Себастьяну, сообщил, что Алин он забрал и правительственный спецназ может освобождать русских. Через двадцать минут примчался бледный и растерянный Пике на голубом «жуке»-«фольксвагене». Увидел Алену, заулыбался, подсел к ним в машину.
— Я вам прихватил витамины в таблетках, — передавая Алене яркую упаковку, проговорил Пике. — Принимайте их каждый день перед едой, они помогут вывести остатки, вредных примесей антибиотиков из организма. Еще недельку придется полежать, а потом начинайте ходить, возвращайтесь к жизни.
— Спасибо вам за все. — В глазах у Алены блеснули слезы.
Виктор кивнул Жану, и они вылезли из машины. Рене, не теряя времени, спросил, интересовался ли Филипп ядами.
— Очень живо и... — Пике запнулся, но уже через секунду глаза его расширились от ужаса, и он испуганно посмотрел на Виктора. — Ведь его отца, кажется, отравили! Так вы считаете...
— Он мне сам сегодня признался.
Пике не мог выговорить ни слова.
— Жан, вы теперь один из главных свидетелей, и Филипп это хорошо понимает. Вы давали ему яд?
