Он внимательно посмотрел на меня и произнес ледяным тоном:— Работай, не будем разбрасываться кадрами. Но помни, что ты мне должна.— Что должна? — я растерянно взглянула на мужчину.— Ну не костюм, конечно, — он наклонился близко к моему лицу, — Спину мне потрешь, как-нибудь на досуге… А может и не только спину…Он развернулся, кивнул своим парням и все трое быстро сели в машину, джип сорвался с места и умчался.
День, как день.
Серый, осенний. Мелкий дождик, сырость, запах прелых
листьев.
Собираясь впопыхах на работу, разве могла я подумать, что
жизнь моя уже никогда не будет прежней?..
Я не представляла, что именно сегодня судьба мне ловко
подсунет козырную карту, да не восьмерку или десятку, а короля или даже туза.
Я бросила взгляд на часы — пора выходить, время не ждет.
Быстро натянула джинсы, футболку, кроссовки, куртку.
Подумала, что нужен срочно новый зонт, старый уже почти
развалился, хлопнула дверью и поскакала на остановку.
В отделение я заскочила за десять минут до начала смены,
забежала в сестринскую, переоделась в форму, пригладила вихры, надела шапочку и
понеслась заниматься своими обычными рутинными делами.
Старшая медсестра попросила отнести завтрак больному из пятой палаты, я быстро сбегала в столовую, расставила на подносе тарелки, стакан с кофе и понесла завтрак в палату.
Почти поравнявшись с палатой я споткнулась о небольшой порог, нога подвернулась и поднос буквально вылетел из моих рук.
Я видела всю эту картину, как в замедленной съемке, — поднос взлетает вверх, и все то, что был больничным завтраком оказывается на дорогом костюме какого-то крутого перца, который, как назло очутился именно в это время и именно в этом месте.
Мужик смотрел на меня, как бешеный бык мог смотреть на букашку, вставшую вдруг у него на пути.
— Извините, — пролепетала я.
— Это как прикажешь понимать? — прорычал мужчина хрипловатым низким голосом.
Я подняла на него глаза. Он был высокого роста, идеальная стрижка, запах дорогого парфюма, одет в дорогой костюм, который я испортила больничной едой, будь она неладна.
Черные глаза мужчины метали молнии, брови были сдвинуты, на скулах ходили желваки.
— Ты понимаешь, что натворила? У меня встреча через полчаса, а я провонял черти чем, мужчина брезгливо стряхнул с рукава, кусочек сыра, — И где вас понабирали, мать вашу, — он внимательно посмотрел на меня и процедил сквозь зубы, — Поехали!.
— Куда… поехали? — у меня уже тряслись руки и колени подгибались.
— Костюм будем менять. И душ придется принимать, — он чуть дернул уголком губ и кивнул в сторону выхода, — Поторапливайся, машина внизу. Он развернулся и быстрым шагом вышел из отделения.
Я же осталась стоять посреди коридора. Что мне делать? Кто такой этот крутой перец? Не думает же он, что я в самом деле побегу за ним, чтобы переодеть ему костюм?
Мои размышления прервал Павел Иванович, наш завотделением.
Он подбежал ко мне, вытирая вспотевший лоб платком, его лицо было красным, а голос срывался, когда он начал говорить:
— Лиза, как же ты… Ну от тебя я точно не ожидал такого… Как же ты могла, ведь Кирилл Алексеевич новый владелец клиники, да и не только клиники, — Павел Иванович понизил голос, и поднял указательный палец, — Он же нас на куски порвет всех… Иди, он сказал, что без тебя не уедет, ждет у машины. Лиза, ну попробуй уговори его, нельзя нам сейчас нарываться, ты же понимаешь…
— Павел Иванович, ну куда я пойду? Вы шутите что ли? Я работаю здесь медсестрой, а не девочкой на побегушках у крутого дяди.
Мне стало обидно до слез, а Павел Иванович продолжал гнуть свое:
— Лизавета, иди, извинись еще раз. Разозлим его и начнет он тут шорох наводить, мы и так сейчас все на волоске висим…
Я начала закипать. Извиниться? Хорошо, я еще раз извинюсь.
Но унижаться перед этим перцем я не буду! Пусть он трижды купит нашу клинику и заодно и все другие в нашем городе. Может хоть порядок наведет.
Я решительно задрала подбородок, пригладила вечно взъерошенные волосы и прямо в халате пошла к выходу.
Напротив выхода из больницы, перегораживая дорожку, по которой обычно ходили люди, стоял большой тонированный джип.
Эта машина просто кричала о том, что ее хозяин очень крутой и мега влиятельный тип.
Кирилл Алексеевич стоял, засунув руки в карманы брюк и смотрел на двери. Он казался очень спокойным и просто скала какая-то, а не живой человек.
В двух шагах от него стояли два качка, похожие друг на друга, как близнецы — черные костюмы, черные очки, короткие стрижки.
“Охрана”, — поняла я.
Стараясь идти, как можно спокойнее, я подошла к этому перцу и взглянула ему в глаза:
— Кирилл Алексеевич, я приношу вам свои извинения еще раз. Я не хотела испортить ваш костюм, и очень сожалею, что так вышло. Но я никуда не поеду с вами, это совершенно исключено. Если хотите, то я заберу ваш костюм и отнесу его в лучшую химчистку нашего города. Вы можете снять костюм прямо сейчас, — я наконец выдохнула и опять взглянула на Кирилла.
Он стоял, чуть покачиваясь и его лицо не выражало никаких эмоций, только левая бровь чуть приподнялась.
— Парни, слышите, девочка мне раздеться предлагает. Прямо здесь. Что скажете? — он бросил взгляд на “близнецов”.
Парни заржали, а я поняла, что мне нужно скорее закончить этот разговор, пока я не расплакалась.
— Вы, конечно, можете уволить меня… Я и сама могу заявление написать, в конце концов. Я вскинула голову, чтобы ни одна слезинка не выдала мою слабость.