Члены группы принялись торопливо распихивать по рюкзакам все необходимое для выживания из расчета на несколько дней. Среди их запасов числились две походные плитки, сухофрукты, консервы, мюсли, инжир и хлеб. Но главной проблемой была и оставалась вода. Патрик и Крис взгромоздили на спину по двадцатилитровой канистре, остальные заполнили водой все имевшиеся фляги и подвесили их на рюкзаках. Не были позабыты лампочки и батарейки для фонарей, кроме того, газовые фонари и баллончики для них. К великой радости, мятежники просмотрели и две портативные рации «уоки-токи», они лежали вместе с лампами. Проверили аккумуляторы — заряжены. Тут Крису пришла в голову идея. Схватив одну из раций, он поставил ее на передачу.
— Алло! Алло! Кто-нибудь слышит нас? Алло? — крикнул он в микрофон.
Все сгрудились вокруг него и напряженно ждали ответа. Рация безмолвствовала, слышно было лишь потрескивание статических разрядов. Крис попытался снова взывать в эфир, но безрезультатно.
— Черт возьми! Никто нас не слышит, — с горечью констатировал он.
— В любом случае попытаться следовало, — сказала Ханна. — Наверняка нам еще пригодятся эти штуки. Ладно, надо готовиться.
Полчаса спустя группа была готова отправиться к пещере. Прощались с Мано Иссой коротко. Все прекрасно понимали, что теперь их жизнь зависит от этого человека. Удастся ему добраться до форта — они спасены. Если же нет, тогда придется туго. Туарег вперил взор в застланное черными облаками небо. Его лицо посерьезнело.
— Буря, — невесело отметил он. — Скорее всего именно из-за нее мятежники не возвращаются сюда. А вот вам следует поторопиться. В это время года бури опасны. — Он снова окинул взором небо. — А уж эта и подавно.
Некоторое время спустя они почти добрались до пещеры, где рассчитывали найти убежище на последующие дни. Ханна устала — ей ведь пришлось одолевать переход в третий раз за день. Группа подошла к спуску в ущелье, когда вдалеке послышалось грозное завывание — словно тысяча боевых рогов, призывавших к атаке. Все остановились и стали прислушиваться. Поставив канистру с водой на землю, Крис вглядывался в надвигающийся мрак.
— Боже мой! Что же это?
На лице Ханны был написан неприкрытый ужас.
— Буря начинается, вот что. То самое дыхание смерти, о котором туареги упоминают в своих легендах, — пояснила она. — Ветер, попадая в ущелья и пещеры, завихряется, меняет направление и начинает жутко завывать.
— Тебе приходилось переживать подобное? — спросила ее Ирэн, потуже затягивая ремешки рюкзака.
Ханна кивнула:
— Приходилось, но такого воя я никогда не слышала. Потусторонние звуки. Так что готовьтесь к худшему.
Она извлекла из кармана специальные очки для защиты глаз от песка и надела их. Остальные последовали ее примеру, и экспедиционная группа стала напоминать не то мотоциклистов, не то космонавтов.
— Судя по всему, надо поторопиться! — Ирэн старалась перекричать нараставший с каждой секундой вой ветра.
Ханна энергично закивала — самым страшным был как раз не этот замогильный вой, а жуткий, всесокрушающий ветер, грозивший похоронить всех и вся, превратив в барханы. В это время года песчаные бури наиболее опасны.
Ханне не раз приходилось видеть, как ветром слизывало лаковое покрытие с автомобилей, как миллионы песчинок превращали прозрачные стекла в матовые, как ветер срывал и уносил прочь огромные палатки. Она видела, как в считанные минуты на ровном месте вдруг возникали высоченные дюны, как неподвижно-безмятежная пустыня превращалась в бушующий океан волн-барханов. Кому не доводилось бывать в Сахаре, тому не понять, каких бед может наделать песчаная буря.
До пещеры оставалось метров триста, когда завихрились первые, пока еще крохотные, смерчи. Сначала ветер взметал в воздух верхний слой песка, но скоро затронул и расположенный глубже песок.
— Боже, да вы только посмотрите! — ахнул Патрик. — Песок растекается, словно вода!
Ханна знала, что вот-вот разверзнется настоящий ад.
— Возьмитесь за руки! Немедленно! — вне себя завопила она.
В следующую секунду над долиной пронесся порыв ураганного ветра, сбивший ее с ног. Тысячи крохотных иголок впились в кожу. Ханна уже ничего не видела. Закрыв лицо руками, она кое-как попыталась пробраться к нише в ближайшей скале. Грохочущий, завихрявшийся поток, казалось, вознамерился уничтожить ее, смешать с песком пустыни. Небо заволакивали желтушно-сероватые полосы. Каждый шаг превращался в самоистязание, но наконец ей удалось обрести безопасное место за одной из скал. Отняв ладони от лица, Ханна сняла и исцарапанные песком очки. Увиденное повергло ее в шок. Где только что в лучах полуденного солнца мерцали розоватым скалы, бушевала желтая сумятица. Такого даже ей видеть не приходилось за все проведенные в Сахаре годы.