«Операция должна быть успешной», – подумал Джон. Он наклонился вперёд и посмотрел на часы на панели вертолёта. Ещё сорок минут – и все будет ясно. Оглянувшись назад, он увидел, что небо на востоке начало светлеть, как показывали его очки. Они опустятся на поле ракетного полигона как раз перед рассветом.
Это была до смешного простая операция для «Блэк Джетс». Подлетая к цели по одному, в тридцати секундах друг от друга, каждый бомбардировщик открывал свои бомбовые люки, и вниз летели по две бомбы, одна за другой, с интервалом десять секунд. Каждый пилот, бомбардировщик которого контролировался автоматической крейсерской системой, направлял точку своего лазерного целеуказателя на заранее рассчитанную часть взлётно-посадочной полосы. Самые простые наводящие устройства «Пейвуэй-II», присоединённые к бомбам «Марк-84» весом две тысячи фунтов с дешёвыми – стоящими всего $ 7.95 взрывателями М905, – рассчитанными на детонацию в одну сотую секунды после касания земли, чтобы воронка на бетонной взлётно-посадочной полосе была примерно двадцать футов диаметром и девять глубиной, – наводили бомбы точно в цель. После того как шестнадцать таких бомб обрушились на аэродром, к потрясённому изумлению диспетчеров на контрольной башне и с грохотом, способным разбудить всех людей, проживающих на расстоянии пяти миль, база китайских истребителей в Аншане была закрыта и останется закрытой по крайней мере неделю. Затем восемь F-117 развернулись и направились на свою базу в Жиганске. Считалось, что управлять бомбардировщиком «Блэк Джет» ничуть не труднее, чем сидеть за штурвалом «Боинга-737» Юго-Западных авиалиний, и в основном это соответствовало истине.
– Почему, черт побери, они не послали одну из «Тёмных звёзд» наблюдать за операцией? – спросил Райан.
– Думаю, это просто никому не пришло в голову, – ответил Джексон. Они уже вернулись обратно в ситуационной центр.
– Как относительно разведывательных спутников?
– Не на этот раз, – ответил Эд Фоули. – Следующий пролёт над этим районом через четыре часа. Но у Кларка есть спутниковый телефон. Он сможет держать нас в курсе дела.
– Великолепно, – проворчал Райан и откинулся на спинку кресла, которое внезапно стало удивительно неудобным.
– Вижу цель, – раздался голос Бойла по интеркому.
Затем проснулось радио:
– «Бандит-6» вызывает цыплят, вижу цель. Отзовитесь, приём.
«Два». «Три». «Четыре». «Пять». «Шесть». «Семь». «Восемь». «Девять». «Десять».
– «Кочайс»[89], отзовись.
– Это ведущий «Кочайс» с пятью, мы видим цель.
– Крук с пятью, видим цель.
– О'кей, действуйте в соответствии с планом. Атака, атака, атака!
Кларк посмотрел на землю, как и все остальные коммандос в пассажирской части вертолёта. Сон оставил их, и адреналин хлынул в кровеносную систему. Он увидел, как парни трясли головой, сжимали челюсти. Оружие прижато к груди, и каждый из них положил левую руку на кнопку, мгновенно отстёгивающую ремень безопасности.
Первой рванулось в атаку звено «Кочайс», направляясь к казармам батальона, задача которого заключалась в охране пусковых шахт и находящихся в них межконтинентальных баллистических ракет. Здание ничем не отличалось от зданий американской армейской базы времён Второй мировой войны – двухэтажное деревянное строение с остроконечной крышей, окрашенное в белый цвет. Снаружи стояла будка часового, тоже белая, и она светилась в термальных прицелах стрелков «Апачей». Они даже видели двух солдат внутри, несомненно заканчивающих своё дежурство, с автоматами на плечах, небрежно опёршихся на стену, потому что никто никогда не приезжал сюда, редко даже в дневное время, и они не помнили, чтобы кто-то приехал сюда ночью – если не считать командира батальона, возвращающегося пьяным с совещания офицерского состава.
Головы солдат чуть повернулись, когда они услышали что-то странное, но четырехлопастные несущие винты на «Апачах» были спроектированы таким образом, что издавали мало шума, поэтому солдаты все ещё смотрели в окно, когда увидели первую вспышку.
